Свидание с несостоявшимся

Моя вина пред вами очевидна:

Я просто верую не так, как вы.

Мы разные. У вас иная ценность —

Не признаете вы других дорог.

Для вас всего важнее церковь,

А для меня на этом месте Бог!

«Спросил о жизни. Без подвоха. Просто…»

Спросил о жизни. Без подвоха. Просто.

Она ответила, смотря куда-то вдаль,

И я увидел, что за словом «сносно»

Она таит несносную печаль.

Создателя то шутка иль ошибка,

Или дитя случайного огреха —

Блуждает часто на лице улыбка,

Когда на сердце вовсе не до смеха.

«Как жаль, что не помним мы первых шагов…»

Как жаль, что не помним мы первых шагов,

Звуков, впервые сложившихся словом —

Своих неуверенных, робких мазков

На полотне, подаренном Богом.

Один только холст, где-то спрятан эскиз,

Разные краски побед и ошибок,

Минуты песчинками сыпятся вниз,

И с ними мгновения, между песчинок.

Чтобы в судьбою назначенный час,

Посланец явился бы к нам без печали.

Картина пред ним – завершенный рассказ:

Вечный покров, что себе мы соткали.

Сомнение

Вечер сбежал беззвучно, безропотно,

Месяц по звездам судьбу ворожил,

А некто невидимый ласковым шепотом

О странных вещах со мной говорил.

Он обещал от невзгод избавленье,

И призывал всё сначала начать.

Я же нуждался только в прощенье,

И тихо спросил: К чему мне опять?

Голос затих, пораженный смятеньем —

Так мало просил от меня он взамен:

Новая жизнь! Он сулил возрожденье!

А я сомневался и думал: Зачем?

У стен монастырских

Сожаления топью бездонною

Тянут вниз, сулят отречение,

А победу, как миф иллюзорную,

Превращают в твое поражение.

За забором высоким не спрятаться,

Молитвою не откреститься,

Слабость не может раскаяться,

Зато она может глумиться.

Бегством в полон одиночества

Не обрести искупления.

Лживы бывают пророчества,

Правдивы – лишь откровения.

«Я искал этот путь по преданиям…»

Я искал этот путь по преданиям,

Среди литургий и грехов,

По книгам и предсказаниям,

По строкам забытых стихов.

Поклонившись старинному посоху,

Помедлив чуть-чуть на краю,

Я пошел по воде аки посуху —

По плененному стужей ручью.

Затрещал он с обидой, с упреками:

«Где ты был, пока я замерзал?

Шел сюда ты чужими дорогами,

Вот поэтому и опоздал».

Пленники

С матом яростным, разухабистым,

Под дождем мы пируем градистым.