Союз Верных. Энгельбрук. из цикла «Потускневшая жемчужина»

Один из них по моему приказу выполнял разведку местности, другой сопровождал могильщиков. В качестве помощника меня интересует лишь рядовой Виланд. Вопрос уже решён. Подавайте докладную вышестоящему начальству, что с сегодняшнего дня он поступает в распоряжение дознавателя.

– Нашёл повод выслужиться, – глухо проговорил вахмистр, недобро поглядывая на сержанта. – Мне уже следует готовиться к инспекции?

Ладвиг перевёл взгляд с мрачного лица начальника караула на его не успевшие потерять свежесть знаки различия и догадался о причине, по которой вахмистр недолюбливал рядового Виланда.

– По этому поводу нам стоит пообщаться, господин вахмистр. Вы сдаёте смену сразу после молебна?

– Да. Я себе организовал что-то вроде кабинета. На сухую вести разговор – только язык об зубы царапать. Пойдём, промочим горло.

– Не откажусь, – согласился Ладвиг. – Я с ночи питался только запахами. Не все из них были способны улучшить пищеварение, но это не лишило меня аппетита.

– Вот и чудесно.

 – Натужно улыбнулся вахмистр, хотя интонации, с которыми он произнёс эти слова, выдавали его истинное настроение. – Поможете мне справиться с обедом, сержант.

Кабинет представлял собой тесную каморку на первом этаже надвратной башни. Начальник караула сдвинул в сторону ставень, прикрывавший крохотное отверстие в стене под самым потолком, и внутрь проникло ровно столько света, чтобы можно было не ориентироваться на ощупь. Стол заменяла старая бочка, она же служила шкафчиком – несколько дощечек было выломано, а из тёмного нутра тянуло ароматами ветчины и свежего хлеба.

Именно это и достал оттуда вахмистр, добавив к нехитрой снеди большой кувшин пива.

– Монастырское, – сказал он, бережно поставив кувшин на бочку, – не то, что те ополоски, которыми наслаждаются сейчас господа Сиджисвальд и Реджинхард.

Стульями служили бочонки среднего размера, распространявшие неистребимый запах кислой капусты. Вахмистр расстелил на бочке чистую тряпицу, нарезал хлеб с ветчиной и, разлив по кружкам пиво, предложил:

– Отобедаем, а разговоры оставим на десерт.

Сержант не возражал. Он и так старался молчать, боясь, что накопившаяся слюна брызнет, как только он откроет рот.

– Прозит, – не глядя на гостя, буркнул начальник караула и, сделав первый глоток, надолго переключил своё внимание на еду и питьё.

Ладвиг хоть и был поклонником этого сорта пива, не стал претендовать больше, чем на одну кружку.