Пересекая параллели

Их раскрытие хоть и позволяет мне остаться на работе, но когда где-то находится настоящий монстр, не сказать, что они меня очень уж удовлетворяют. Стоит ли говорить, что результаты моего основного дела моё начальство не очень устраивают, потому речи о возможной передаче дела ходят всё чаще.

Я осознаю, что рассказанные мной проблемы могут вам показаться не самыми ужасными поводами, из-за которых можно ненавидеть свою жизнь. Вы можете даже сказать, что где-нибудь в Африке голодают целые поселения, где-нибудь в Европе происходит постоянное насилие над жёнами, где-нибудь ещё господствует детский труд.

Я понимаю. И ни в коем разе не преуменьшаю ужас всего этого. Однако, все выше описанные проблемы – это мои проблемы, проблемы, которые не позволяют мне жить. Отсутствие взаимопонимания дома, безразличие любимого мне человека и крайне низкие успехи на работе делают мою жизнь пустой, безрадостной и крайне мне отвратной. Я не эгоист, но если мои неудачи лишают меня попросту смысла жизни, я не могу не преуменьшать их значимости, даже в сравнении с основными бедами нашей эпохи.

Когда я наконец добрался до работы, мой пессимизм и негодование по поводу реалий, окружающих меня, только увеличились. Я уже привык получать сомнительное удовлетворение от моих будней. Макс, мой коллега и отличный детектив, который был меня старше на лет десять, и я могу смело сказать, что отчасти вдохновлялся его работой, приметил меня, резко встал со своего места, протянул мне руку и сказал слегка обеспокоенным тоном:

– Слушай, Дмитрий сегодня явно не в духе и просил найти тебя.

Я бы на твоём месте не попадался ему на глаза хотя бы до обеда.

В каком-то смысле последние несколько месяцев это было наше неофициальное приветствие.

– Чёрт. Спасибо, что предупредил. Но меня так достало играть с ним в прятки, что я сам к нему наведаюсь.

Не знаю, что на меня нашло, но у меня с утра было дерьмовое настроение, и сделать его ещё хуже казалось просто необходимым.

– В любом случае, не говори, что ты опоздал.

И тогда уж поторопись.

Я сделал одобряющий знак бровями и выдвинулся по направлению к кабинету начальника. Мой шеф, Дмитрий Строк, родился где-то в российской глубинке. Жизнь в бедных районах и участие в уличных группировках сделали его человеком жёстким, но справедливым. Я искренне его уважал, возможно, какие-то схожие чувства он испытывал и ко мне, но в последнее время у нас что-то явно не ладилось. Не сказать, что я не знаю истинной причины этого.