Хвост фюрера. Криминальный роман

Володя лежал на диване, уставившись в экран. Когда он увидал вошедшего Глеба, встал с дивана и, подойдя к телевизору, убавил звук и подсел к столу.

– Билеты взяли? – спросил Глеб.

– Сегодня в девятнадцать пятнадцать, скорый поезд Рига – Москва, – доложил, как солдат Финн, – билеты у Феликса.

– Пей пиво? – предложил Феликс, – спешить нам теперь некуда. Все дела сделаны.

– У армянина всё забрали? – не обратил он внимание на предложение Феликса.

– Самого армянина не было, – мы его вчера так напугали, что он немедленно укатил в Горький.

Сумку с кожаном передала его жена Лайма. Она, оказывается, является экспедитором не одной такой шайбы. У неё несколько подобных точек. Сейчас она в декретном отпуске, но меня с утра уже ждала. Понял я, почему у неё интерес возник к мясокомбинату, где работает отец ары? Я вчера ещё разобрался, что к чему, только не знал, что жена его заправляет там. Деньги делают на бутербродах, будь здоров, – завистливо сказал Феликс, – надо было не три штуки с них взять, а больше.

– Где деньги? – спросил Глеб.

– В кожане в кармане лежат, а кожан в торбе, – кивнул Феликс на объёмистую спортивную сумку, стоявшую на стуле.

Глеб резким движением расстегнул молнию и достал кожан.

– В грудном кармане три пачки лежат, – подсказал Феликс.

Глеб вытащил из кармана деньги и одну пачку протянул Финну.

– Держи, – сказал он, – это тебе от Петра, – велел зубы вставить на них. Да смотри на другое не траться? Он в скором времени обязательно приедет к тебе и проверит.

Так, что учись улыбаться!

Финн нисколько не смутился от этого дара. Взяв пачку, он подкинул её в воздух и, поймав рукой, тут же опустил её в свой карман:

– Благодарность Петру от меня великая, – сказал он. – А зубы я пойду вставлять прямо завтра. Тут этих денег хватит на две золотые челюсти. А мне всего нужно восемь коронок поставить, и я буду первым парнем в Риге. Попробую подвалить к дочке генерала, она мне по душе. Улыбка милая, – очень внимательная и душевная женщина.

Пригреть её мне не помешает даже её парень. Он скоро выучится и упорхнёт от неё, а я тут, как тут. Лучшего мне не надо.

– Семью хочешь создать? – спросил Глеб.

– Понимаешь Глеб, в последнее время я начал частенько задумываться о своём неразумно потраченным прошлом. Молодость была бесшабашной и безвозвратно утрачена. Она безжалостно покинула меня и напоследок показала мне язык, не дав создать жизненного базиса. Потому что ни в бога, ни в чёрта не верил никогда.