Дама из Амстердама

Что он только и ждет, когда Лара вернется из Мармариса, и не звонит исключительно из-за того, чтобы не спугнуть ее, не травмировать своим звонком, а ждет, когда она, Лара, сама захочет позвонить ему…

– Мама, да ты что, с ума сошла? Зачем ты приютила его? Ты меня спросила? И почему сама не позвонила? Не предупредила? А если бы я собралась к тебе при-ехать, а там Кирилл? Вы что, решили подстроить нашу встречу? Да ты знаешь, кто ты после этого?

Но с мамой было бесполезно разговаривать.

– Ты сначала разберись в своих чувствах, а потом решай, что значит в твоей жизни Кирилл.

Человек ошибся, с каждым бывает, он все-таки мужчина. Но он раскаивается… Он очень любит тебя, он не может без тебя жить…

Лариса положила трубку. Два предателя: бывший муж и мать. Ничего себе парочка!

Она выдернула телефонный шнур из розетки, отключила свой сотовый телефон и тут же услышала вопль Чемберлена. Боже, она же отключила его от Интернета! Подсоединила к розетке домашний телефон, вышла из спальни и крикнула:

– Извини, просто мне не хотелось, чтобы мне звонили!.

.

– Заметано! – откликнулся Чемберлен.

Лариса задрала голову и увидела, что весь второй этаж плавает в голубом сиянии работающего компьютера. Похоже, она начинает понимать его жену…

9

Рано утром в дверь позвонили. Она открыла дверь и увидела маму. Во всем красном, накрашенная, надушенная и с голливудской улыбкой на губах.

– Малышка моя, привет! Я проснулась чуть свет, завела машину, и вот я у тебя… – И она бросилась обнимать Лару.

 – Только не прогоняй меня, все-таки я твоя мать…

Она разулась и стремительно ворвалась в квартиру, ее путь лежал в кухню. Лара едва поспевала за ней.

– Вот это творожная масса с изюмом, это овсяная каша, она еще теплая, я привезла ее в специальном термосе… Знаю тебя, питаешься всухомятку…

Ее звали Маргарита Петровна, ей было пятьдесят четыре года, но выглядела она много моложе благодаря природной лени и деньгам своего последнего мужа, профессора физики, практически все время проживающего в Америке.

«Он продает там свои мозги», – любила повторять мама всем, кто интересовался ее семейным положением, в особенности, на какие средства она живет, всю жизнь нигде не работая.

– Не говори так громко, все-таки еще только восемь утра… Ты что, в четыре часа встала?

– Да я, можно сказать, вообще не ложилась, всю ночь мы с Кириллом думали лишь о тебе и говорили… Он после твоего звонка себе места не находил… Ты просто не видела его в последнее время.