Возврат зла. Остросюжетная библиотека

Вручая конверты сотрудникам, у него голова никогда не кружилась от омерзения к самому себе, напротив он в это время себя чувствовал, могущественным и великолепным! Людмила Ивановна Шабанова сидела за столом и перебирала бумаги. Когда она заглянула в конверты с деньгами, сразу определила, что скандал сегодня более чем предсказуем. Винт её на днях предупредил: «Если этот месяц у него не будет приятно шуршать в кармане купюры, то он разнесёт весь клуб вместе с директором». – О чём она Ходжу и не думала предупреждать.

Он вошёл в кабинет с недобрым лицом и не просто вошёл, а наехал на директора словно танк:

– Где мой конверт, – протянул он резко свою ладонь к лицу директора.

Тот откинулся на спинку кресла и, съёжившись, показал на небольшую стопку конвертов, лежавших у него на столе.

– Найди свой в стопке, – пробормотал он, и опустил голову.

Платон отыскал свой конверт и извлёк из него всего лишь две купюры достоинством в тысяча рублей.

Недовольно зашевелил губами и засунул деньги назад в конверт. Посмотрел на Шабанову, озорно подмигнул ей.

Людмила Ивановна сидела и умоляюще смотрела в глаза тренера, будь – то прося не устраивать сейчас грозы. Но он был перенасыщен долгими обещаниями Ходжи и в этот миг его уже никто не мог остановить. Ещё перед входом кабинета директора он спрятал свою приятную улыбку, ожидая низкую зарплату. И немая мольба Людмилы Ивановны никакого действия на него не произвела.

Он окинул грозным взглядом директора:

– Саня, ты, когда мне нормально платить будешь? – небрежно опустил он конверт в карман трико.

Ходжа, изобразив лисью мордочку, сделал утвердительный жест рукой.

– Всё со следующего месяца это уж точно конверт будет у тебя значительно толще. С приходом новой сотрудницы, – кивнул он рядом на сидящую Людмилу Ивановну, – наши дела пойдут в гору.

– Фу, как уже надоело слышать от тебя ежемесячные обещания, – рявкнул на весь кабинет Платон, – дела, которые ты подразумеваешь под деньгами, пойдут у тебя и твоих родственников, а я не намерен горб свой гнуть ни на тебя и на твою семью.

Осточертело всё! Брошу пахать на тебя, перейду в клиентуру. Я согласен платить с пенсии семьсот пятьдесят рублей, и буду играть в своё удовольствие. Или заеду тебе в рог, чтобы ты понял, что не в КГБ работаешь, и живёшь в другой стране.