Плата за свободу

Или не по чину? Я сам должен прийти, а?

– Разве имеется потребность?

– Считаешь, что нет? – все также широко улыбаясь, выказывая тем самым свое полное расположение, вопросом на вопрос ответил Сидорчук.

– К начальству ходят в двух случаях…

– Да? И в каких же, интересно знать?

– Во-первых, по вызову на «ковер», чтобы подчиненному очистить мозги.

– Это – да, – Сидорчук охотно кивнул, – это – понятно, это – нужная и крайне полезная процедура. А во-вторых?

– Во вторых, когда без начальства и его совета, ну, никак не обойтись.

– Батенька, какое же я тебе «начальство»? Сам посуди. Скорее и вернее, соратник, коллега по общей борьбе с преступностью.

Высокопарность Фомину явно не понравилась, поэтому по лицу пробежала тень неудовольствия. Не по душе пришлось и запанибратство, переход на «ты», хотя к этому не было и нет никаких оснований. Он заметил, что на входе скопилось много сотрудников, которые стояли неподалеку, не решаясь мешать беседе их шефа, самого полковника Сидорчука со столичной, как они меж собой выражались, штучкой.

Фомин отступил в сторону, в глубь холла и выказал явное намерение на этом завершить случайное общение с начальником городского управления.

Сидорчук это заметил. И в его голосе засквозила обида.

– Не хочешь? Брезгуешь? Ну, конечно! Куда там! Мы же провинция! Щи лаптем хлебаем.

– Олег Ефремович, какие могут быть между нами обиды? Границы моих задач предельно узки и конкретны. Ваши же задачи многогранны и многолики. Поэтому и не всегда, как я считаю, уместно занимать ваше время пустыми разговорами.

Возникнут проблемы – тотчас же буду у вас. А пока…

Полковник примирительно положил руку на плечо Фомина.

– Ну, ладно. Ну, хорошо. Я не настаиваю. И все же не грех как-нибудь вечерком посидеть рядком да поговорить ладком, а? Как считаешь?

– Непременно, Олег Ефремович, и посидим, и поговорим как-нибудь… при случае. Разрешите идти?

– Не смею задерживать, подполковник, не смею.

2

Фомин решил для начала заглянуть в дежурную часть.

Скорее всего, по годами выработанной привычке, чем с какой-либо определенной целью. Он шел по довольно просторному холлу и нервно теребил полу пиджака. Он был крайне недоволен собой, потому что в тысячу первый раз убедился, что не может владеть собой. Ну, проще простого ведь с любым начальством – непосредственным или косвенным – вести себя должным образом, то есть не демонстрировать настолько явно свое истинное к нему, то есть к начальству, отношение.