Плата за свободу

Пытаясь хоть как-то разрядить обстановку, Фомин сказал:

– А я прямо на входе в холл столкнулся с вашим шефом.

Серебряков пояснил:

– В мэрию поехал. Демьяненко зачем-то вызвал.

– Так рано?

– А Иван Митрофанович у нас шубутной: сам рано встает и другим спать не дает.

– А я слышал, что в мэрии всеми делами заправляет его первый заместитель Сарваров.

– Кто их там знает, – неопределенно ответил Серебряков и вновь уткнулся в какую-то лежавшую перед ним бумагу, прозрачно намекая, что эта тема для него является запретной.

Фомин спросил:

– Никто Самарина не видел? – в ответ молчание. – Появится – пусть меня найдет.

Серебряков оторвался от бумаги.

– Будет сделано.

– А как ваши дела, подполковник?

Фомин повернулся в ту сторону, откуда последовал вопрос. Спрашивал майор Кротов, заместитель начальника управления по воспитательной работе.

– Превосходно, Сергей Иванович.

– Напали на след исчезнувшего Курдюкова?

– Нет. А что? Вас это интересует?

– Не то, чтобы очень, однако… У нас опытнейшие сыскари занимались, но никаких следов.

Теперь, вот, вас направили, подполковник. Наверное, начальство возлагает большие надежды…

– Знаете, майор, об этом лучше всего спросить генерал-лейтенанта Краснова. Как когда-то пел Высоцкий: «Жираф большой – ему видней».

– И каковы же перспективы?

– Самые радушные, майор, – опять же неопределенно ответил Фомин. Он ответил, хотя ему так хотелось послать этого Кротова куда подальше. Не послал. А это уже явный прогресс. Он меняется и меняется в лучшую сторону.

Он управляет своими чувствами. Удивительно, но факт. Подействовала давешняя самокритика. Подполковник Фомин и впредь намерен находить общие точки соприкосновения не только с этим майором, но и с самыми оголтелыми чинушами. Он еще докажет всем, что прекрасно может ладить с людьми – и с друзьями, и с недругами.

– У вас появились новые версии?

У Фомина дернулось левое веко: крепись, брат, крепись – атаманом будешь.

– Версии старые, как сам мир, – ответил Фомин и радостно прищелкнул пальцами.

Видишь, мерзавец этакий, ведь можешь, можешь вести приличную беседу и не реагировать даже на такие провокационные вопросы. «А отвечаешь как?!» – ликуя, мысленно спрашивал он сам себя. Комар носа не подточит. Сплошное изящество.

– Не могли бы, подполковник, уточнить… Все-таки нам, людям из провинции, крайне интересно и поучительно.

Подкалываешь? Пытаешься раскрутить? Шиш тебе! Фомин – не дурак. Фомин может, когда захочет.