Приглашение в скит. Роман

Ты не заметил разве?

– А я вот помню, память у меня ещё молодая… – и скосив в мою сторону хитрый глаз: – Врезалось в карту памяти. Хороший галстук!

– О да, – кивнул Анатолий и при этом усмехнулся чему-то далёкому, во всяком случае, не рядом находящемуся. – У меня их штук сто и плюс один штук. Чуть забрезжит праздник, тёща тут как тут, и без всякой подначки в подарок новый галстук мне – от широты души, вероятно, хотя я их только в командировку и повязываю. Я жену спрашиваю: слышь, говорю, Ленуль, вы меня с Всякашвили перепутали, что ли? Я галстуками не завтракаю, не обедаю и не ужинаю.

Даже предпочитаю жвачку, если уж на то пошло…

– А она?

– Она? Не поняла. Но обиделась. На всякий случай.

– М-м.

– Она у меня женщина… и при шубе и при модных штанах.

– Ну… у других и того нет. Тебе хоть не скучно. Кстати. Пословица. На обиженных воду возят.

– Думаешь?

– Стараюсь… думать.

– А ты философ. Это они, хоть раз в неделю, но думают. Мышлению завянуть не дают. Слыхал про Декарта?

«Это полковники, кажись, между собой уже пикироваться начали… – сообразил я.

 – По инерции».

– И не говори. Сознают своё сознание. Но я не философ. Вот один мой знакомый, тоже доморощенный, тот да-а – мудрец. Так вот он изъясняет следующим образом: ангела любить нельзя – это что-то хрустальное. Разве что вальс разучивать в отсутствие настоящего партнёра. Хотя… как с хрустальным танцевать? Но, это ремарка.

– Ха, Ремарк сделал ремарку.

– Если бы. Помарку.

«Каламбурят. Это у них какая-то своя игра…»

Впрочем, Серж вернулся к прерванной теме:

– Ангел, видишь ли, есть идеал – он для мечтаний, а не для жизни земной.

Должен быть весь набор плюсов и минусов для полного спектра эмоций. Желательно, разумеется, без ощутимого перевеса в ту ли, другую ли сторону.

– Да, лучше уж без перевеса… Я, конечно, сочувствую ей, Ленке… но когда тебя начинают кушать поедом… большими ложками начинают черпать… хлебать и причмокивать… бесконечно мельтешить… мелочить-суетить и ссучить… мутить в тебе спокойствие без всякого перерыва… А ты им, значит, всё сочувствуй, сочувствуй, сочувствуй… Надоедает, знаешь ли, сочувствовать.

Кто бы тебе самому немножечко посочувствовал. Чайную ложечку хоть этого самого сочувствия влил в твой сосуд драгоценный и неповторимый… Однако им подавай лишь для себя. Себе и только себе… Это их постоянное сакраменто!.. сакраментальный вопрос: «А как же я?» Сакральный даже вопрос.

Мы с Валерьяном переглянулись.