Алхимик. Повести и рассказы

Наконец красный «жигулёнок» тормозит и съезжает на обочину, Марина бежит к машине, просительно заглядывает в открытое окно:

– До города добросите?

Мужчина лет пятидесяти кивает и помогает изнутри открыть дверцу.

– Далёко путь держите? – спрашивает он, быстро, но цепко оглядывая пассажирку. Кареглазая девушка с неброским, но приятным чистеньким личиком ему, очевидно, понравилась. Лишь передние зубки слегка портят впечатление. И он игривым тоном, чтобы не обидеть, добавляет: – Знать, орехи грызть любим, да?

– Ага, любим, – отвечает Марина без тени жеманства, не стесняясь улыбнуться в ответ.

 – Вот денег, может, заработаю, фарфоровые вставлю. Фарфоровые сейчас в моде. Не слыхали?

– А едешь-то куда? – переходит на «ты» водитель и одновременно указывает кивком головы на букет, привязанный к перилам мостика, который они проезжают, замедлив ход. – Кто-то гробанулся недавно.

– Угу. А еду я к тётке во Владимир. Поживу с недельку—другую и привезу её сюда на свадьбу к сестре.

Поезд в час ночи. И билеты дорогие. Сто шестьдесят отдала. Пятьдесят осталось на дорогу. А ничего, ночью не обедают, а утром уже на месте.

– А чего так рано собралась? Целый день надо где-то болтаться.

– На базар зайду посмотреть. К знакомой загляну. Небось, чаем напоит. Потом и по вокзалу можно побродить.

– То-то, я гляжу, тепло приоделась.

– Да, вечером прохладно.

– Не боишься ночью бродить? В Москве на вокзале всякое случается.

– А чего с меня взять? – и опять невинное простодушие в голосе.

– Ну как… – Мужчина лукаво подмигивает попутчице. – Молода и ничего себе, в натуре. Замужем?

– Почти что.

– Как это?

– Сидит, голубчик. За драку. Ещё долго. Пишет исправно, обещает жениться. Дочь-то его. Не знаю, может и не врёт.

– И сколько дочери?

– Шесть будет скоро. Почки у неё болят.

Мужчина опять оглядывает попутчицу. Она едва заметно усмехается.

– Да мы с ним в пятнадцать лет… Случайно, правда, по неопытности ещё. Резинка некачественная оказалась.

– Во как.

– Угу. Отец не разрешил делать аборт. Внучку любит. В сад её отводит и забирает после работы. Он теперь истопником в кочегарке, рядом. Мало платят только. А в деревне вообще ничего не светит.

– Ладно, если так. Давай познакомимся, что ль. Володя.

– А отчество ваше?

– Без отчества не можешь?

– Могу, конечно… Володя. Меня Мариной зовут.

«Возможно, – думает мужчина, – так же как и меня Володей, впрочем.