Армейские воспоминания в дембельский альбом. повесть

Наше сопровождение в лице капитана, прапорщика и сержанта тоже было в праздничном настроении. Капитан пытался вставлять какие – то несвязные звуки.

– Это мои парни. Они хорошие. Я купил их в Днепропетровске. Даю слово офицера. Поздравляю всех с Днём Победы. Счастья вам, родные, и благополучия, – окружающие думали, что это тост. А наш купец продолжал веселить весь аэропорт. Он был значительно веселее нас. Это и понятно, он ведь офицер. В зале ожидания гусар объявил тост за дам. Прапор сказал, что это святое дело и разлил какую-то жидкость по стаканам.

Так мы с Володей, шутя, пронесли бутылку вина и бутылку водки на лайнер. Должен сказать, что те проверки по сути ничего не стоили, ничего не искали, разве что взрывчатку. А зачем? Угонов тогда не было, захватывать самолёты никто не хотел. Рейс был Киев – Хабаровск. Этот маршрут нам очень понравился. Это не маршрут, а удивительная шутка. А слово Хабаровск никак и ничем не напоминало о Киевском военном округе, куда нас отправил по пьяному делу капитан Матвиенко.

Самолёт на самом деле был огромным. Размеры приятно впечатляли. В нашем шикарном салоне были только допризывники, в других летели гражданские пассажиры. Ил 86 выруливал тем временем на взлётную полосу.

Я заметил, что Володя немного волнуется. Первый его взлёт. Я предложил немножко раньше выпить по глотку для смелости. Так и сделали. В этот момент самолёт начал набирать скорость и отрываться от земли. Володя это тоже почувствовал и с тревогой издал грозный окрик:

– Гриша, ити его мать! Поле-те-ли-и-и-и-и-и!

– Воца, этот крик у нас песней зовётся! Споём?

– Немного позже.

Давай ещё для смелости, а то на первой остановке выйду. Стрёмно мне что-то.

– По глотку можно и выпить. Слушай, а кто такой Гриша?

– Гриша Латкин! Лётчика звать Гриша Латкин! Это наш водила самолёта.

– Понятно. Ты знал, что он Гриша? Давай за полёт, за самолёт, за Гришу Латкина! За здоровье пассажиров и лётчиков. За нас, бравых ребят. А?

– Давай. Я за Гришу Латкина.

Наливай.

– Больше тостов говорить не будем, а то подумают, что у нас торжество какое-то. Да и Гришу Латкина больше не вспоминай, скажут, что мы с лётчиком знакомы, а это панибратство. Согласен?

– На все 100! Век воли не видать, и чтоб я здох. И чтоб меня покарала суровая рука моих товарищей по оружию. И чтобы меня забодал комар! И чтоб кабачки не вродили в этом году. И…

– Хватит! Это уже слишком! Нагородил всего, только за вареники с сыром и не вспомнил.