Стороны света (литературный сборник №16)

Декабрь 2009

Ночной пейзаж с путником

Человек исчез – как не бывало:

он спешил к невидимой черте,

и молитвенное покрывало

белое мелькало в темноте.

Мягкие на ощупь тамариски

закрепляли спящие пески.

Редких звезд серебряные брызги

помечали купола куски.

Небо чуть светилось, колыхалось

над неровной кромкою холмов:

за грядою шевелился хаос —

первобытный, из других миров.

Мой собрат пошел общаться с Богом.

Деревца оставив на ветру,

он бредет сейчас зеленым логом…

Что предстанет таковым к утру.

Январь 2010

Юбилейные строфы

(как этот день)

    Е. В. Бялик

Пылал – и становился пеплом;

истлев, пропал за горизонтом.

Спешил он вслед собратьям беглым,

сгоревшим так же нерезонно.

И вот: на темном небосводе

мерцают хрупкие частицы,

и роль исчезнувших в природе —

присутствуя не возвратиться.

Великая библиотека!

Соблазн для нашей мысли тленной! —

вдруг разменявшие полвека

мы смотрим в прошлое вселенной…

Следя за точкой сигареты,

за облачком, за струйкой дыма,

ты не услышишь стук кареты:

грань времени непроходима.

И так растительно-бездумно,

из неизвестного предела,

под покровительством Вертумна

течет изменчивое тело.

Оно проходит сквозь пороги,

невластное в своем теченье,

но в срок, как римские дороги,

свое исполнит назначенье.

С неумолимостью закона

его уносит в бессловесность.

Сейчас. Как и во время оно.

Из невесомости – в безвестность.

Из праха – снова в бестелесность.

Из сада – в голую безлесность.

И от бесславья – в бессловесность,

и от беспамятства – в безвестность.

Вот так, растительно-бездумно,

течем и пропадаем в устье,

под покровительством Вертумна

живя и старясь в захолустье.

Май 2008

* * *

Я рисую лесную шишигу

Для тебя на заглавном листе.

    Б. Пастернак

Как столешница – в бледных разводах —

ненавязчивый мрамор небес.

Утомившись в «дневных» переходах,

ты вступаешь в реликтовый лес.

Низкорослый, испачканный сажей,

погорелец, калека навек!

Это, мастер весенних пейзажей,

изувечил его человек.

Отступая под натиском свалок,

как под натиском варварских орд,

полуголый ландшафт полужалок,

обречен, но еще полугорд.

Красновато-свекольные травы —

как подтеки по скатам холмов;

станут бурыми, нынче кровавы,

затопили его до краев.