Письмо от неизвестного

Софья не нашла, что ответить, и лишь опустила глаза.

– Я слышал, родители Ваши в отъезде, – обратился Дмитрий, – так хочется повидаться с Александром Игнатьевичем. Ваш отец – человек широких взглядов. Они скоро вернутся?

– Да, приедут на следующей неделе, – девушка вновь посмотрела на молодого офицера. Ей было трудно отвести от него глаза, и она укоряла себя за это.

– Мне… Мне было очень приятно увидеться с Вами. Надеюсь на скорую встречу и не смею более отнимать Вашего времени.

Растерялся… Им овладело непреодолимое желание.

Желание говорить с ней, смотреть на неё, слушать, внутренне восхищаться и когда-нибудь позволить восторженным возгласам перебраться из сердца на уста. И чем дальше очаровательная особа отдалялась на арабском скакуне, тем сильней и непреодолимей становилось желание.

***

– Ты не представляешь, кого я видела! – не дожидаясь реакции сестры, Ольга продолжила: – Николаева Дмитрия Юрьевича. Он приехал несколько дней тому назад. Мы же с тобой были еще детьми, когда он уехал, но сегодня я смотрела на него совсем не по-детски, – губы замерли и как-то неестественно надулись; она закатила глаза и, выдержав паузу, произнесла более спокойным, ровным тоном, слегка растягивая гласные: – Я бы не отказалась закружить с ним в ритме вальса.

Да, кстати, сестренка, – голос вернулся в привычное русло, – я подумала… а что если именно Дмитрий и написал тебе?

Софья вздрогнула… Ею на секунду завладело непреодолимое желание. Она поймала себя на мысли, что ей действительно хотелось, чтобы это был именно он.

Но, к сожалению, она знала, была непоколебимо уверена, что это не так. Нет, не Дмитрий – автор письма…

– Не думаю, Ольга.

– Но почему? Ведь совпали удивительным образом приезд Николаева и это признание. Я сначала подозревала Барсукова, уж слишком часто он наведывается к нам, вернее, к отцу; и однажды невольно заметила, как этот гнусный старикашка бросил на тебя свой жадный взгляд.

Софье стало дурно от этой мысли. Она даже сморщила нос и покривила рот.

– Потом подумала, что это дикое предположение, безумно дикое.

Ну, какой Барсуков, – передернулась, – а вот Дмитрий… Вполне возможно, – пристально посмотрела на сестру и прибавила, слегка прищурившись: – И вполне желанно…

– Может, тебе и желанно, а мне нет, – совсем не хотела этого говорить, выдавила с трудом.

– Не поверю, ни за что не поверю! Этот статный офицер способен растопить любое девичье сердце. Даже твоё, сестрица, которое ты поселила в вечную мерзлоту.