Последний филантроп

С сегодняшнего дня Рейнхард будет жить вместе с нами.

– Но с какой это стати?! – повысив тон, продолжал я, стараясь не обращать внимания на стоящего около двери долговязого очкарика в потёртых бермудах и клетчатой рубашке с коротким рукавом.

– Он будет жить у нас потому, что его таланту нужны соответствующие условия для развития, – без тени смущения произнесла она фразу, которую я сам любил повторять. (И ведь надо было такому случиться, чтобы вся затраченная душевная энергия развернулась бы против меня!)

Не найдя подходящиx слов для быстрого и умного ответа, я набрал полную грудь воздуха и с отчаянным видом удалился с веранды.

«Надо было невзначай поинтересоваться – в своём ли она уме?» – со злостью думал я, бегом спускаясь по крутой лестнице. Поразмыслив над тем, что на такoгo родa вопроc вряд ли кто-нибудь даст правдивый ответ, я заключил, что жена просто-напросто потеряла рассудок по причине своей природной глупости. Гнев душил меня, как удав душит кролика, при одной только мысли о дурацком положении, в котором я так некстати оказался. Во избежание кривотолков и сплетен по поводу того, что моя жена взяла под крыло какого-то бездельника и собирается (при живом-то муже!) кормить и содержать его, я молча побросал в чемодан свои вещички и на следующее утро покинул наш дом навсегда.

***

До того момента, как моя книга получила признание, о моём существовании знали лишь близкие родственники, коллеги по работе, да пара институтских друзей.

Для них я всегда был уравновешенным и немного замкнутым человеком, мечтателем, неспособным на дурные поступки. Сам же я никогда не восхищался собственной натурой, хотя для внутреннего успокоения внушал себе, что моя личность чего-то стоит. Я хорошо учился в школе, у меня было примерное поведение и я никогда не лез на рожон. Мне всегда хотелось душевного равновесия. Может быть именно поэтому я постоянно шёл по пути наименьшего сопротивления. Боязнь неудач и нежелание борьбы за лучшее место в жизни привели к тому, что у меня была непрестижная и немодная работа библиотекарем. С переходом на компьюты, а также из-за катастрофического сокращения читателей (которых и раньше-то было раз-два и обчёлся), руководство пришло к логическому, по их мнению, заключению: сократить служащим заработную плату. Вслед за этим я вынужден был жить скромнее и экономить на всём, что требовало неизбежных денежных затрат.