Куда ни сунься, везде… глобус

Он решил, что все-таки не зря оставил беременную жену в больнице и поперся в тюрьму к этому странному человеку, у которого практически нет никаких шансов быть оправданным.

Степа достал из кармана сложенный лист рекламного письма, которые рассылают по почте в красивых конвертах с надписью: «Лично в руки» и «Конфиденциальная информация». На листке бумаги среди прочих вензелей, печатей подписей, и т. д. красовалась надпись, выведенная большими буквами по середине листа: «Вы выиграли 10 000 Марок».

О том, что под этой надписью стояло мелким шрифтом, «для этого вам нужно принять участие в лотерейном розыгрыше…» на это Степа внимание не обратил.

Адвокат, увидев, какое на самом деле денежное вознаграждение его ожидает и всповнив, что сам получает по три подобных письма в день от разных лотерейных компаний, поник духом и полностью перенесся в мыслях к своей супруге, но перебивать степу не стал – подзащитный все-таки, еще слух плохой пустит по заключенным, потом клиентов не сыщешь.

– Так вот, продолжал Степа, я тебе плачу эти деньги, а ты можешь немного поделиться с прокурором. Мне нужно, чтобы меня выпустили на свободу, разумеется под надзором какого-нибудь полицейского. Я пойду с ним в общагу, где грузины и азеры живут, и там есть один тип… короче он признается при полицейском, что это он сделал и подкинул все эти цацки в мою комнату. Только мне нужно будет достать несколько медикаментов, на него придется повоздействовать… но у меня есть мои способы… Если ему вколоть правильную дозу, он сам, как миленький подпишет еще и попросит, чтобы его посадили.

А мент будет стоять рядом и зафиксирует это признание, и все на свободу с чистой совестью. Степа засмеялся, обрадовавшись, тому, что в его голове только что, сам собой созрел такой гениальный план, практически без сучка и задоринки.

После того, как переводчиком до адвоката был донесен данный монолог, он с недоумением посмотрел в сторону переводчика с немым вопросом в глазах – это что так и было сказано? Переводчик, понимая курьезность ситуации, повел бровью, чем дал понять «за что купил, за то продаю».

Адвокату пришлось принять это и, не подав виду продолжать дальше, как будто он каждый день звонит в свою родную немецкую прокуратуру с просьбой освободить подозреваемого в убийстве преступника, чтобы тот пошел к кому-то в гости сделал там человеку укол и заставил другого признаться в содеянном.