Если можешь – прости

– А на что я, интересно, покупала колбасу? Пошла в обменник, поменяла пятьсот евро… Дрожала, правда, очень боялась, что купюры фальшивые… Ты бы видела меня, я постоянно оглядывалась на дверь, чтобы, если что, убежать… Кассирша проверила купюру, разменяла мне деньги, и все! Они настоящие!

– Нет, ты что, серьезно?

– Если не веришь, можем прямо сейчас поехать к тебе, и ты увидишь все своими глазами.

– Но тогда почему ты возишься со мной? Почему не сбежишь из Москвы, из страны?

– Но я же тебя встретила! К тому же не знаю, как ты, а я вот намерена поквитаться за тебя с твоим этим новым шефом-бандитом.

– Но как это узнать?

– Да проще простого! Заманить этого Иванова в укромное местечко и выпытать у него правду.

– Виолетта, по-моему, ты страшная фантазерка!

Таисия уже запуталась и не могла взять в толк, серьезно говорит с ней Виолетта или нет. Уж слишком все смахивало на жесткую, злую шутку.

– Вот если бы меня изнасиловали… Сорвали с меня трусы, я извиняюсь, прикоснулись ко мне, унизили… Я бы вся просто кипела от злости. А ты? Ты? Тебя точно изнасиловали или ты все это придумала?

– Да ты сбрендила!!! – рассердилась Таисия. – Конечно, это чистая правда!

– Тогда как же ты могла вот так сразу, после того, что с тобой сделали, поехать сюда и спасать Лену?..

– Вот на этот вопрос я тебе ответить не могу, потому что и сама не знаю, откуда взялись силы… Мне показалось, что ей сейчас намного хуже, чем мне… Я уж не знаю, была ли ты когда-нибудь с мужчиной… – она сделала паузу, чтобы увидеть выражение лица Виолетты.

– Нет, не была, и страшно стыжусь этого, – неожиданно призналась Виолетта.

– А… Тогда понятно. Просто для женщины этот акт… ну, если это, конечно, не насилие, словом, обыкновенное дело… Я хочу сказать, что это не больно… Со мной все это произошло за какие-то пять-десять минут, и страдала я скорее от отвращения, этой мерзости… ну, ты, я думаю, поняла… Конечно, он применил силу, навалился на меня, разбил мне губу… Я так тебе скажу: даже если он меня бы просто ударил по лицу и этим бы дело ограничилось, то, думаю, мне и этого было бы достаточно, чтобы потерять сознание.

– Понятно… Просто я думала, что изнасиловать – это очень больно, это как после операции… Ладно, проехали.

– Постой. Ты серьезно… об этих миллионах евро?

– Ну да. Если не веришь, можем прямо сейчас поехать, и ты увидишь все своими глазами.