Вперёд в Московию. Православие + Орда = Россия

Рыбалка

Удилище – не палка,

И здесь нужна сноровка:

Жизнь наша, как рыбалка, —

Не пропусти поклёвку.

Путаночка

С красотою своей ты не справилась,

На панель в 19-ть отправилась.

Удержать мы тебя не смогли

И ни я, ни мои «Жигули».

Моего не оценишь ты гения,

Ведь путаночка ты, от рождения.

Но в судьбине твоей мне ль потом

Доведётся быть светлым пятном.

Ожидание

Сколько мне доживать до последнего дня

Столько помнить, как ты не любила меня.

Ну, а если случится, то ты позови,

Может быть доползу я на крыльях любви.

Ксения Собчак

Кремль не победит её никак,

будто бы проталинку весной.

Крепнет голос Ксении Собчак

и звенит над сонною страной.

Советский рабочий

В темноте будильник провизжал.

В темноте вчера пришёл с работы;

Он неделю света не видал

И сегодня, чёрная суббота.

«Алмазы в породе…»

Алмазы в породе,

а люди – в народе!

Судьба

Жизнь моя – космическая данность.

И, она равняется – судьбе.

В ней законна всякая случайность,

Даже грубость глупая к тебе.

Человек взрослеет век от века,

Сознавая то, что смерти нет.

Если есть Судьба у человека,

Значит, есть она и у планет.

Главный террорист

Он в Кремле у нас, чекист,

Главный в мире террорист.

А в стране, где он рождён,

Гибнет за год миллион.

На экране каждый день

И позировать не лень.

Всё, о чём он ни соврёт

Тупо слушает народ:

«Я открою вам секрет

Чистим ржавчину с ракет.

Без воды и молока

Поживём ещё, пока.

Но Россию нашу, мать

Не позволим обижать».

Пил он водку или квас,

Пусть, сказал, боятся нас.

Не плечист, зато говнист

Президент наш, террорист.

Ода стукачам

Чекисты знают: я ничей;

Чего меня бояться.

А я, дружбан всех стукачей

Не захотел скрываться.

Один стукач мне помогал;

пускай из-за кокетства.

Другой взаймы всегда давал,

Он был мне другом детства.

Московия, Россия, Русь

Невежество забудет.

Судить державу не берусь

Европой, знаю, будет.

О том читаю между строк

Земли моей фатальной;

И юной и печальной,

Где каждый пятый – молоток

И, всякий, наковальня.

Бомж

Человек лежит позорно грязный.

И ботинки разные на нём.

И октябрь московский безобразно

Поливает бедного дождём.

Человек то плачет, то хохочет;

Говорит о жизни и петле.