Оберег на любовь. Том 2

Все оставались бодры и веселы. Хотя, Димка, к примеру, был одет не теплее, чем я. У меня хоть свитерок шерстяной, плюс еще Аленина поддевка, а этот вообще в одной майке скачет. Не иначе их всех любовь греет. Они же, в отличие от меня, парами. Но если я признаюсь, что замерзла, как бобик, это будет свинством. Со мною, можно сказать, последней рубахой делятся, а я…

Все! Сидеть на отсыревшем бревне стало больше невмоготу. Я встала у огня… Мое место на бревне тут же заняла Дина. От моих влажных джинсов сразу повалил густой пар.

Хорошо-то как! Как говорил Ипполит: «Тепленькая пошла»…

Дима, будто извиняясь за то, что им всем хорошо вместе, а мне, как всякому новичку, пока не так комфортно и свободно, как остальным, бодро спросил:

– Ну как, Полина, идешь с нами на Подкаменную Тунгуску? Нам альтруисты нужны.

Я видела, как при этом дернулась Дина.

– Это что еще за зверь? – удивилась Алена.

– Альтруисты – это люди, которые предпочитают больше отдавать, чем получать, – доходчиво объяснил Дмитрий.

Вот что значит студент второго курса! К стыду своему я тоже впервые узнала значение громкого слова.

– Надеюсь, мы как раз эти самые? Как ты их там сейчас назвал?

Но на этот раз Алене ответил не Дима, а Костя. Он был горд, что тоже в курсе, о чем речь.

– Именно. В нашем бродяжническом деле, Аленушка, без альтруизма никак.

Мне стало весело оттого, что Костя назвал здоровенную Алену уменьшительно-ласкательным «Аленушка» – выходит, смирился, все же, с ее вымышленным именем. А еще стало безумно приятно от того, что Дима причислил меня к благородным героям, способным жертвовать собой.

Только с чего он взял, что я гожусь на эту роль? Может, подметил, как настойчиво я отказывалась от Алениной куртки, не желая, чтобы кто-то из-за меня мерз, хотя сама к тому времени уже насквозь продрогла и скукожилась в жалкий сухофрукт?

Я решила больше не обращать внимания на свои синие куриные лапки в летних босоножках. Алена, похоже, тоже начала зябнуть. Она втягивала шею в плечи и пыталась натянуть куцый воротник на покрасневшие уши.

Что ж за ночь такая стылая выпала! Август месяц называется…

Тут Дмитрий, который стоял в сторонке, насмешливо поглядывая на дрожащих девчонок на бревне, задиристо спросил, сверкнув в темноте «чегеваровскими» горящими очами:

– Эй, замерзающие на галерке! Да и все остальные. А скажите-ка мне, братцы, кто из вас верит в высшую силу?

Кажется, начинается тема, в которой я наконец-то смогу поучаствовать на равных.