Оберег на любовь. Том 1

Переведя дух и вытирая ладошкой рот, заключила уже спокойно: «Теперь вроде все. Можно ехать».

Мама проводила нас только до лестничной площадки – ей уже пора было самой собираться, на работу в смену. Пока лифт гудел и полз с самого верха, неспешно перебирая в глубине шахты своими тросами и металлическими сочленениями, я уже чуть ли не подпрыгивала на месте от нетерпения. Наконец, двери с грохотом раскрылись. Мы запоздало расцеловались с мамой, боком втиснулись с вещами в тесную кабину и уехали. И только во дворе я вспомнила: «Батюшки, квасу-то попила, а пол-то так и не помыла!»…

Глава 2.

Ура! Мы едем на дачу

Предчувствие чего-бто очень хорошего, что со мной непременно должно случиться, не покидало меня, пока мы шагали по распаренной зноем улице. Точнее, это Соня шагала, а я неслась, будто на крыльях, ведь это самое предчувствие буквально приподнимало меня в воздух, и мне казалось – я лечу! Лечу над горячим асфальтом с его змеистыми трещинами и тополиным пухом, уже скатавшимся в грязную вату, над отцветшими пару недель назад тополями с их гигантскими листьями с ладонь атлета, над головами прохожих и всей этой, надо полагать, не тщетной городской суетой…

За аллеей, отгораживающей проезжую часть от тротуара, шумели автомобили, тянуло бензином и выхлопными газами, но к запаху гари примешивался волшебный аромат сахарной ваты, что продавали за углом у входа в зоопарк.

Улавливались нотки жженой карамели – так всегда пахнет у нас в квартире, когда нам с Соней вдруг вздумается самим варить леденцовые петушки. Во рту стало сладко. В другое время я бы завернула за тот угол непременно, но… не сейчас.

У перекрестка к только что подвезенной квасной бочке уже выстроилась бренчащая бидончиками и размахивающая банками очередь. Продавщица в белом халате неспешно вывешивала дежурную табличку: «В стеклянную тару не наливаем!», а народ справедливо возмущался: «Каждый день новые порядки!», и нетерпеливо требовал: «Эй, давай, отпускай! Сколько можно? Хватит прохлаждаться!».

У дверей «Промтоваров» уже скопилась толпа – ждали открытия магазина. Не иначе как намечался выброс очередного дефицита. Суетились озабоченные домохозяйки, безуспешно пытающиеся восстановить очередность и справедливость; на них с гордым презрением взирали молодые мамаши с колясками, не случайно прихватившие с собой младенцев. Они-то были уверенны на все сто: кому-кому, а им сегодня точно удастся отовариться по полной программе.