Водяные знаки

Да, розы в дождь сияют красотой!

Целуя влагу алыми губами,

Они роднятся с синей высотой,

Что за шипы цепляется краями.

А за дождём белеет пелена

Пологих гор, и дальше – только ветер.

Его бежит за тучами волна,

И мир под ним сверкает, чист и светел…

«Садилась солнца половина…»

Садилась солнца половина,

Под тучей спрятав медный бок.

Горела медью полонина,

Тянулся ветер на восток.

Простор страдал одышкой пряной

И сливы дикие ронял,

На травы вечер падал пьяный

Под спуд листвяных одеял.

На виноградник свет ложился

Прощальным радостным мазком,

И птичий голос нежно лился,

И пахло мёдом и вином.

«Террариум страстей к действительности глух…»

Террариум страстей к действительности глух.

Как цепок взор судьбы за стёклами разлада!

Летит моя душа над памятью, как пух,

Ей больше ничего из прошлого не надо.

Там, в призрачной дали, растаял чей-то смех, —

Злорадства не снести родному поголовью…

Что ж, кажется, и я развеюсь без помех,

Довольствуясь вполне лишь волей, да любовью.

Открыт ветрам простор широкий и святой,

Внизу бежит река, вверху над крышей – аист.

Со старых гор закат струится золотой

И я сама к себе испытываю зависть.

Кивают мне цветы и терпкая полынь,

Цепляют за подол кусты чертополоха,

А месяц молодой на бархатную синь

Насыпал из рожка блескучего гороха.

Волынки голос пьян, он, медленно-тягуч,

От Вырбицы плывёт на лодочке воздушной,

Свой в летнем вечеру обыгрывая ключ,

Дыханью ветерка неспешного послушный.

Ничто не тяготит разнежившихся дум,

И непривычный штиль не предвещает бури.

Уляжется за мной и оборвётся шум,

И лишь вода в реке со мной побалагурит.

Назавтра снова день и, может быть, дожди,

Я разожгу огонь не для тепла – для счастья,

Что, верится, споёт волынкою в груди,

Попавшись и в мои бесхитростные снасти.

«Я всю жизнь сторонилась симметрии, нет в ней искусства…»

Я всю жизнь сторонилась симметрии, нет в ней искусства,

Есть лишь искус красивости, глаз услаждающий штамп.

Симметричность мышления – это продуманность чувства,

А любовь – непорочная дева, не женщина – вамп.

У любви серафимы живут над крыльцом под застрехой,

Ей на косы в ночи переносят огни светляки.

Для любви все сердца, словно воск, но не станет потехой

Чьё-то сердце в огонь опрокинуть иль в недра тоски.