История болезни с диагнозом «Жизнь». Роман-медитация

Спасаю, помогаю, боюсь, влюбляюсь, волнуюсь, плачу и хохочу… И счастливо расслабляюсь, когда в сказке побеждает добро и любовь.

Так я познакомился с книгой. Моей дверью в иные миры. Так я выходил из своего дома детства в сказочные времена и пространства.

Читать ещё не умел. Но, каким то странным образом без остатка погружался в то, что было написано в книге. Без остатка. Это волшебство, это тайна, это что то совершенно неподвластное уму. Полное погружение и перевоплощение.

Моя первая книга, которую я уже смог прочитать сам – это «Волшебник Изумрудного Города».

Бесстрашная девочка Элли, милый Страшила, верный Железный Дровосек, добряк Лев, забавный пёсик Тотошка.

Именно они учили меня честности, верности, дружбе, любви к приключениям. Поиску Правды, во что бы то ни стало. Я верил им больше, чем самому себе. Больше, чем родным в семье, чем строгим учителям в школе, больше, чем друзьям во дворе. Я с детства верил в Чудо. И это осталось во мне навсегда.

А как это было тогда.

Девять часов вечера.

Начинается программа «Время». Андрюшу отправляют спать. Завтра в школу.

Но как это возможно?!!! У меня ж ещё недочитанная книга!!!

Выход есть. Опасный, запрещённый, вредный для сна и здоровья выход. Но всё же есть.

У меня припрятан маленький карманный фонарик с квадратной батарейкой. Батарейка уже слабая. Но лампочка, хоть и тускло, ещё светит.

Если меня поймают под одеялом с книжкой – тогда накажут. Будут ругать. Отберут книгу. Поставят на полчаса в угол. И фонарик спрячут.

Очень, очень опасно это для детского ума.

Но ещё невыносимей для детского ума пытаться заснуть, зная, что глава не дочитана. Буду ворочаться. И всё равно не смогу уснуть.

Остаётся рисковать…

Под одеялом читать опасно, неудобно, душно, жарко и утомительно для глаз. Но книга захватывает. Неудобства ничто по сравнению с сюжетом.

Добавлю только, что я ни разу не попался за этим преступлением. Но зато совершенно испортил глаза. Пришлось носить очки. Слышать в свой адрес оскорбительные насмешки одноклассников «очкарик», «левша», «Иван-дурак», «заика».

Я носил очки, заикался и был левшой, это правда. Короче, полудурок и урод, по меркам одноклассников. К тому же, у меня не было отца и матери, поэтому прилипла неприятная домашняя кличка «бабушкин козлик».

Конечно, я обижался. Всё больше погружался в себя и в книги. Но вот, хорошие книги были тогда большой редкостью. Мама присылала их с материка, и ещё я записался в библиотеку.