История болезни с диагнозом «Жизнь». Роман-медитация

Тогда кто их туда повпихивал? В голове что-ли этот неведомый склад? Или где?

Тайна, загадка, чудо непонятное.

Родилось первое стихотворение. Само. Вылезло на Свет Божий. И готово. Кто его просил вылазить?!!! Записал его. Начало жить своей, отдельной от меня жизнью. Как человек. Как новорожденный ребенок.

Так познакомился с новой дверью. Вошел в неё. И узнал впервые, что все книги пишут, оказывается, самые обычные живые люди. Которые тоже жили, ели, пили, спали, боялись, любили, страдали, болели и умирали.

Вот это открытие!!! Одни живут в деревне, доят коров, крутят руль комбайна, стоят у станка на заводе. Сидят в конторе. Служат офицерами. Строят дома. А другие, такие же, пишут книги, сочиняют всю жизнь музыку, танцуют балет, снимают кино. Они не особенные. Они тоже из обычного мяса и костей. Они простывают, болеют, как все, напиваются, и ходят, как все, в туалет. По маленькому, и по большому. И Достоевский, и Лев Толстой, и Пушкин, и Гоголь… Все в туалет бегали…

Тут вдруг вспоминается ответ моей мудрой бабушки.

– Бабуль, а девочки что? Тоже какают?

– Нет, Андрюш. Из под девочек мышки носят. – Также серьезно ответила бабушка.

Ну, никак не мог в детстве представить, что такие божественные и чистые создания, как девочки, тоже могут ходить в туалет, как все обычные люди…

Ну что ж… Издержки женского воспитания… И это тоже прошло…

Глава 10.

Жили небогато. Но, не скажу, что совсем уж бедно. Жили – не тужили. Как многие в нашем маленьком рыбацком городишке.

Если кому-то в нашей большой семье нужно было купить дорогую вещь – то все, кто работал, собирали деньги в складчину. Копили, дружно экономили и отказывали себе в том, без чего могли временно обойтись.

Так мне и на пальто новое складывались. И даже на велосипед.

Многие из моего поколения, наверное, помнят, что не у всякого ребёнка в теперь далёкие семидесятые был настоящий двухколёсный велосипед.

Вот и я втайне мечтал о таком «железном коне». Мечтал, но в свои восемь с половиной годков даже и не верил, что такая роскошь может когда-нибудь принадлежать и мне. Я видел, как гордо носятся по двору мои счастливые сверстники – обладатели этого блестящего скакуна.