История болезни с диагнозом «Жизнь». Роман-медитация

Бродят по одному этажу казармы, ищут друг друга. Не находят. Садятся с незнакомыми, пьют, знакомятся, опять теряются и идут искать друг друга. Сплошной синюшный туман и сплошные ежики. Местный одинокий прапорщик тоже потерян в синем тумане. Похоже с рождения. Он тут живет, командует, ест, спит и пьёт. Он тут начальник.

Те, кто послабее, устали, и храпят на нарах. Те, кто ещё в силах передвигаться, перелазят через высокий забор и ползут за свежей водкой. Как тараканы. Их много. Всех не переловить.

Всё очень мило, весело, дружно, по-взрослому, и по-советски.

Питья море, деньги ещё остались. Жратвы полные рюкзаки. Наступил коммунизм. Никому ничего не жалко, всё общее. Особенно водка, нары, жратва и туалетная бумага. И деньги.

Сидим, день, два, три, неделю…

Наконец приезжают «покупатели». Опухший мрачный офицер, два суровых борова сержанта. Опять смутная погрузка в армейский автобус. Нас везут. Куда мы узнали позже. Но очень скоро…

Везли нас на вокзал. Толпа пьяных юных полудурков с полными рюкзаками и опухшими рожами.

И с гитарами наперевес.

Зрелище странное. Но веселое.

Хорошо, хоть на вокзале мы были ночью. Людей к нам близко не подпускали.

Иначе мы бы накормили их курицами.

Потом поезд. Офицер с печальным красным носом взял у нас три бутылки водки и спрятался от всех в купе. Два вагона орущих песни и курящих пацанов. Мордоворотов сержантов мы хитро споили ещё на вокзале.

Едем в Армию Советскую служить, мужской долг защитника Отечества отдавать… Поезд чух-чух, колеса тук-тук, стаканы дзинь-дзинь, водка буль-буль, гитара трень-брень…

Но это были ещё цветочки… Ягодки нас ждали через шесть быстрых часов…

Вот уж до сих пор не понимаю, что делает армия с организмом.

Только отправились мы из дома мальчиками. А встретили нас там дядьки.

Матерые, взрослые, настоящие дядьки. Ведь по возрасту мы были примерно равны.

Хотя… По порядку…

Поезд привёз нас на какой-то небольшой полустанок. В зале ожидания вокзала два человека.

На лавках сидят. Ну и наша толпа, человек пятьдесят. Не считая мрачного похмельного офицера и двух сонных сержантов.

Звучит команда:

– Освободить рюкзаки от продуктов. Или съесть сейчас же или выбросить. В расположение полка поедем без продуктов. Быстро!!! Выполнять!!!

Наше недоумение. Пустой ночной вокзал. Куда же девать всё это добро? Выкинуть еду жалко. Раздать некому. И съесть за раз нереально.

Валим всё на пол, в одну большую общую кучу.