Сон длиною в жизнь. Балтийские грёзы. Часть 3

Конечно же делал это втайне от Манушак, чтобы она не заподозрила в измене общим интересам.

Костю я тем временем устроил на работу к своему приятелю, но и там он долго не задержался, так как уже сам находил небольшие объекты, которые выполнял со своими друзьями по факультету, тем самым избавив меня на короткое время от необходимости оправдываться за него. Он делал свои первые самостоятельные шажки в строительном бизнесе, чему я был несказанно рад и всячески поощрял такое начинание, поэтому специально под него и совместно с ним учредил строительную фирму.

Я попросил Манушак, чтобы для него наша фирма выступила генподрядчиком по ремонту подкранового пути и участка зачистки вагонов для одного из подразделений железной дороги. Затем дал ему денег, помог утрясти некоторые организационные вопросы и оплатил услуги фирме, занимающейся ремонтом путей, которая по сути и выполняла все работы по контракту, не считая мелких брызг, связанных с прочисткой сливной канализации на площадке по зачистке вагонов.

Вся работа с нашей стороны сводилась к статистическому контролю над фирмой – субподрядчиком, которая, кстати сказать, в гробу видела наш контроль и действовала самостоятельно и уверенно, так как это и было её основной деятельностью. Костя, как человек, осуществляющий координацию работ, смотрелся довольно невнятно, но поскольку являлся представителем фирмы «Строй Индустрия» никто его никуда не «посылал», как водится в таких случаях. Работа была выполнена в срок, хоть и с нарушениями, на которые мы пошли по согласованию с дирекцией заказчика, главным инженером которой, был сосед и приятель Костиной однокурсницы.

Зная, что у меня есть серьёзная строительная фирма с положительной историей Алексей, так звали главного инженера, помог выиграть тендер на ремонт, чтобы в дальнейшем получить откат.

Деньги «Строй Индустрия» получила спустя три месяца после подписания документов о выполнении, что является нормой для железнодорожников по сей день. Сразу же забрав назад более миллиона рублей (сумма вложенная в объект плюс проценты на обналичку), столько ж я держал пока у себя.

Это были Костины деньги, но я не хотел, чтобы он так думал, к деньгам надо привыкать, не имея ранее за душой ни копейки, получить сразу такую сумму, это всегда только во вред молодому человеку, да и не только молодому. Самое отвратительное, что он до сих пор относит эту первую и по сей день единственную победу целиком и полностью на свой счёт.