Гарем

– Так делай, кто тебе мешает? Ты же теперь хозяином самого себя.

Смуров вздохнул.

– Я при разводе почти вся свою наличность оставил семье. Так что я почти, что без средств к существованию. Вот и прошу твоего согласия, снять со счета компании не очень большую сумму, а я ее погашу из своей доли в течение, например, полугода. Дела идут хорошо, так что думаю, с этим проблем не станет.

Руденский нахмурился, и Смуров прекрасно его понимал. С самого начала они договорились не путать корпоративные финансы с личными.

И все эти годы строго соблюдали это условие. И, прося его нарушить, Смуров поступал не лучшим образом. Но и ждать, пока он накопит нужную сумму, терпения не было.

– Ты же знаешь наш уговор, – произнес Руденский.

– Разумеется, знаю. И все это время свято его соблюдал. Но сейчас прошу об исключении. Нет сил ждать, пока накоплю. Возраст у меня такой. Каждый день на счету. Обещаю, это первый и последний раз. Ты ж меня знаешь, если что-то говорю, то всегда выполняю.

– Да я и не сомневаюсь.

Просто был уговор. Знаешь, один раз нарушишь, а дальше так и пойдет.

– Но не могу я в такую квартиру даже женщину пригласить. Что она обо мне подумает, живет тут какой-то босяк.

– Так и подумает?

– Может, не так, но похоже.

– Ладно, – махнул рукой Руденский, – я даю согласие. Бери нужную сумму. Делаю это не ради тебя, а ради твоих женщин. Надо же заботиться в их глазах о твоей репутации.

– Спасибо, Игорь, ты настоящий друг. Жаль, что придется ждать до понедельника, а то бы завтра уже начал ремонт.

– Какой ты нетерпеливый! – вдруг удивленно констатировал Руденский.

– Я и сам от себя такого не ожидал. Наверное, накопилось за многие годы.

– Да, – задумчиво согласился Руденский. – Мы даже не всегда замечаем, как что-то копится в нас. А потом бах – и все выходит наружу. И нет терпеть больше сил.

– Именно так все и есть. Счастливых тебе выходных. Привет Жене.

– И тебе счастливых. Тамаре в силу определенных причин привета не передаю, – засмеялся Руденский.

Смуров встал, чтобы выйти из кабинета.

– Подожди, чуть не забыл, – остановил его голос Руденского. – Тут мне приглашение одно пришло на завтра. Я не могу, мы с женой уезжаем в дом отдыха, а ты, если хочешь, можешь сходить.

– Что за приглашение?

Руденский достал конверт из ящика стола.

– Какая-то театральная тусовка. Разберись сам, мне, честно говоря, и некогда и неинтересно. А ты, я знаю, любишь подобные сходняки.