Взмахом одного крыла

– Вы кушайте, Максим Алексеевич, мы – народ деревенский, все по-свойски общаемся, вот и Катя, наверно, с вами как со своим начала разговаривать, а вы, видать, большой человек и к этому не приучены!

– Я просто не могу с незнакомыми мне людьми разговаривать на «ты». Я действительно не приучен. И считаю это невоспитанностью.

– Всё так, милый, всё так, – протянула баба Маша.

– Как рука-то ваша?

– Нормально.

– А вы что, специально хотели из жизни уйти, раз не рады, что вас спасли?

Мужчина резко отвернулся и уставился в окно, точно там что-то происходило.

И все сразу поняли: этот вопрос для него неприятен, отвечать он не будет. В неловкой тишине вдруг раздался очень звонкий лай Хани.

– Катерина! – послышалось за дверью: – Катя!

Дверь открылась, на пороге стоял дед Тимофей.

– Ты что, оглохла? Я тебе сколько раз говорил: не брать лодку без разрешения?! Ты глупая, что ли?!

Хани не унималась, даже пыталась укусить деда за сапог. Такой шум-гам мог устроить только дед Тимоха.

Катя подбежала, взяла на руки собачку и предложила деду выйти на улицу, чтобы объяснить всё по делу.

Как только они вышли, Катя увидела около порога свои драгоценные снасти и любимый рюкзак. Она повернулась к деду, обняла его одной рукой и поцеловала в щёку:

– Спасибо, дедулька ты мой, как же ты сам допёр всё это?!

– Ты скажи, другая лодка чья? И что это за перец у тебя в хате?

– У-у, дед Тимофей, это важный перец, только на «вы» и шепотом! Садись, давай покурим, я тебе всё расскажу!

Катя выпустила собаку из рук и, только они присели, на порог вышел Максим.

– Вы не ругайте её, пожалуйста, это она из-за меня лодку вашу взяла.

– Я уж понял! – не глядя, ответил дед Тимоха. – Присаживайся, расскажешь, что с тобой случилось и откуда ты взялся в наших забытых Богом хуторах.

Катя подумала, что он опять ерепениться сейчас начнёт, что с ним на «ты» обращаются, но, к её удивлению, Максим подсел к ним.

– А ты иди, дочка, в дом, к подружкам своим! – скомандовал дед, посмотрев на Катю.

Смекнув, что мужик при ней мало что поведает, Катя решила уйти, дед всё равно потом ей всё расскажет, если надо будет, они с ним были очень в крепкой дружбе. Катя вошла в дом, а старушки уже собирались уходить.

– А вы что, уже уходите?

– Да пойдём по дворам, чего нам тут сидеть?

Баба Маша посмотрела на Катю.

– Ты, дочка, не разговаривай с ним грубо. Может, у человека беда сильная, ему помочь надо, господь его не просто к тебе направил.