Стихи. Избранное, том 2

Давай изменим мир наоборот,

Спасенье есть взаимное прощенье,

Всё ерунда, любовь пока живет,

Пока есть бескорыстное влеченье.

Краткость

Не будут многие читать

Длиннющую поэму,

Пусть о любви и про любовь

Одна в ней только тема.

Обычно мысль придет-уйдет

За несколько секунд,

Уловим если суть её,

Основу, контрапункт,

Так нас она и вдохновит

На длинную поэму,

Как дочку царскую любил

Ночной крылатый демон,

Но и прочесть такую вещь

Не каждый и осилит.

В стихах японских три строки,

А дум длинной на мили.

Кто мудрый – краток,

Эрудит зовется краснобаем,

И тема, если он силен,

Годна ему любая.

Не каждый ум вместит зараз

Длиннющую поэму,

Как не уловит школьник суть

Глобальной теоремы.

Прекрасна краткость мудреца,

И гениальность слова,

Осилить может человек,

Насколько он готовый.

Суета чувств

Весь день кручусь-верчусь,

Как чувства мысли вертят,

То демон с ангелом придет,

То будто пляшут черти,

То расхочу, чего хотел,

Как утром встал с постели,

То нем как рыба, то язык

Чушь несусветно мелет,

То будто женщины милы,

То всех их ненавижу,

Как охладею я к жене,

Что без причин обижен.

Кручусь-верчусь зачем, к чему

Всех сил пустая трата,

То добрый с виду человек,

То заругаюсь матом.

А может, это лишь душа,

Как женщина, капризна,

И если ей не уступать,

Принудит с укоризной,

И мне крутиться день за днем

Комфортно и привычно,

И нахожу я смысл в том,

Чтоб быть и жить как личность.

Эпитафия

Ты думаешь, сбежал,

покинув плоть земную,

Забвеньем ветер след

оставленный задует?

Да, верно, под землей

лежат, конечно, кости,

Ни друг, ни враг сюда

давно не ходит в гости,

Ни скорби, ни проклятий

и над твоей могилой.

Но знай, душа сама

себя весь век судила,

И, сбросив имя, память

и личности остаток,

Спешит на землю вновь,

где ждет её расплата.