Меня зовут Джейн

Может, рождение ребенка изменит ее жизнь к лучшему, может, она почувствует вкус к тому, что прежде вызывало в ней презрение? Дети… Еще недавно она старалась вообще не задумываться о них, но прошло время, и возраст, возможно, дал о себе знать, и в ней начали пробиваться ростки материнства? Если миллионы женщин страстно хотят детей и потом, родив их, забывают о своих мужьях, стало быть, материнство не так уж и плохо, и эти новые, пока еще неизведанные ею чувства наполнят жизнь новым смыслом?

Нина провела щеткой по гладким густым блестящим волосам и, услышав второй уже звонок в дверь, пошла открывать.

Андрей Щекин, высокий худощавый молодой человек в костюме, белой рубашке и с букетом розовых роз в руках, вызвал в Нине умиление. Она уже знала, что сегодня он сделает ей предложение.

– Проходи, не стесняйся. – Она схватила его за руку и с силой втянула в прихожую. – Ну? Откуда цветы? По какому поводу?

– Сейчас… – покраснел Андрей, аккуратно укладывая букет на столик и снимая черные начищенные туфли.

 – Сейчас…

Потом подхватил цветы, взял за локоть Нину и провел в комнату.

– Ниночка, дорогая… – Он глубоко вздохнул, словно ему было невыносимо трудно разговаривать. – Прошу тебя…

И тут он совершенно театрально опустился перед Ниной на колено и, склонив голову, проговорил:

– Будь моей женой.

Ей почему-то захотелось плакать. Она вдруг явственно ощутила, что теперь, с этого момента она станет реже разговаривать с папиным портретом, вспоминать маму и вообще считать себя частью семьи Цилевич.

Что теперь у нее появятся новые обязанности, она заживет в другом ритме, да и вообще перестанет принадлежать себе. И все это ради чего? Ради нового Цилевича, маленького ребенка – мальчика или девочки, которых она собиралась родить от Андрея Щекина.

– Андрей… – спохватилась она, заглядывая ему в глаза. – Да, конечно, я выйду за тебя, ты же знаешь, но фамилию оставлю свою, мы с тобой уже говорили на эту тему.

Цилевичей в городе больше нет. Мы с папой были последние. И я хочу, чтобы наш ребенок тоже носил фамилию Цилевич. Выйду за тебя замуж только при этом условии. Надеюсь, что твоя любовь ко мне перевесит твое желание сделать меня Щекиной. Ну же? Ты почему молчишь?

– Ты серьезно хочешь быть моей женой? – Казалось, он и не слышал всего того, что она только что сказала, и до сих пор находился под впечатлением ее ответа. Ее «да».