Бедным здесь не место

Вот тут и пришло осознание, что сел я за такой стол, с которого на своих ногах уйти не смогу, а может, даже и подняться…

Тосты произносились один за другим: пили за святых, пили за родных и знакомых, пили за соседей и сослуживцев, пили за усопших и здравствующих, пили за новорожденных, пили за женатых и неженатых, пили за правителей, пили за мир во всем мире, пили, пили, пили… Про закуску уже и не думали…

В какой-то момент зашли двое бравых джигитов. В руках у одного из них был круглый барабан, а у другого – клавишная гармоника.

Полилась веселая, зовущая в пляс мелодия. Ритмичные звуки барабана завораживали, и я даже попытался поддержать песню, затянутую моим соседом. Пел он громко и чисто. Песня его звучала на родном языке, но я полностью понял ее смысл, который выражался в веселье и непреодолимом желании продолжать на ее фоне знакомство с очередным тостом.

В основном пили из вместительных, искусно оформленных рогов, а тосты становились настолько витиеватыми и насыщенными, что, когда они произносились на родном языке, Алан, уже почти весь состоящий из вина, с трудом мог мне их перевести…

В определенный момент крещендо я почувствовал, что тело мне больше не подвластно, и сознание почти полностью перешло во власть Бахуса, который уносил в свою хмельную обитель полного растворения в невесомости и любви ко всем на свете.

Только сейчас для меня стали понятны рубаи Омара Хайяма о вине, которое он сравнивал с ключиком, открывающим двери неба; показалось очень даже здравым желание этого старого мудреца заменить вином надоевшую воду….

В этот славный вечер винные рога услышали столько древних молитв, стихов, слов признательности, столько добрейших пожеланий и восхищений всех всеми, что, если бы это повторялось с ними хотя бы раз в месяц, они должны были бы перейти в ранг намоленных.

С трудом припоминается уход из этого веселого царства виночерпиев. К счастью, на помощь мне подоспел верный товарищ Багратов, закаленный в боях на полях бражничества и, к моему неподдельному удивлению, державшийся молодцом…

А утром… Утром просыпаться было тяжко, веки слипались, однако всем знакомые позывы заставили изловчиться и покинуть спальное ложе.

Передвигался я, как человек, имеющий заболевания конечностей, все обычные вещи давались мне с трудом. Но стоит заметить, что голова у меня не болела. Видимо, новичкам везло!

Офицер Багратов поприветствовал меня и поздравил с удачным возвращением на грешную землю.