Перипетии судьбы

На улице звенел «похрустывающий» мороз, а местность, куда направлялось почтенное собрание, находилась севернее областного центра, соответственно климат там был ещё более суровым, а температуры ожидались более низкими и могли достигать сорока градусов минус по Цельсию.

Дабы не заморозить иностранца, снабдили его кто чем мог – кто-то одолжил меховую шапку и шерстяные варежки, другие раздобыли тулуп и валенки. Однако, увидев впервые в своей жизни обувь ручной работы из овечьей шерсти, американец наотрез отказался надевать их.

«Я в носках на улицу не пойду», – упёрся он. Но поддавшись, в конце концов, на уговоры, отходив по морозу целый день и ничуть не замёрзнув, он определил им почётное место на большом обеденном столе. Американец обнимал валенки, приговаривая: «Любимые мои, хорошие мои, как здорово вы меня согрели».

Поменял профессор отношение и к другому предмету гардероба российского сельчанина, когда пожелал помочь с дровами хозяину дома, в котором остановились на постой. В огромном, тяжелом белом овечьем тулупе он лишь намучил себя и дрова.

Видя тщетность его усилий, хозяин выдал американцу почти новенький ватник, в котором управляться с дровяным делом стало куда как проще.

В общем и целом экспедиция прошла успешно. «Экспедиционный корпус» отметил, насколько серьезно профессор вникал в проблемы обычных людей. Он долго и настойчиво расспрашивал староверов, довольны ли они своим житьем-бытьем. Рассказал о благополучной жизни старообрядцев в его родном штате. И был заметно обескуражен, что, несмотря на довольно скромное существование, люди не сетовали на власть, а готовы были стоически переносить все бытовые тяготы в отличие от их либеральных сограждан, проживавших в городе в несравнимо лучших условиях.

В том разговоре, возможно, впервые прозвучало сочетание слов «Уральская республика». Пусть в шутку, но именно американец «заложил» эту идею в головы местной интеллигенции. Мнения присутствовавших разошлись тогда: кто-то готов был немедленно броситься на баррикады, чтобы бороться за отделение от Союза, кто-то посчитал, что в большом государстве выжить все-таки легче, другие же сомневались.

Роберту даже пришлось успокаивать не на шутку разошедшееся собрание. Так и не придя к консенсусу, спорщики решили в присутствии иностранца более страстей не нагнетать, тем паче, что их путешествие подходило к концу. На прощание этнограф пообещал уральским старообрядцам привезти к ним последователей старой церкви из своего родного Орегона.