Жизнь ни за что. Книга вторая

– Один момент, – сказал Сугробин и вынул из – за дверей портфель. – Это хозяйке, – протянул он Алине букет ромашек, – а это всем нам. И поставил на стол бутылку коньяка.

– Однако, – подумала Лена.

– За Вас, милые дамы, – сказал Сугробин, подняв бокал.

– Ну, зачем же за нас, – сказала Лена. – Мы сами. Правда, Алина. —И выпила всю большую рюмку. И задохнулась.

– Ах, закусить у нас нечем. Держите, – сказал Сугробин, обнял Лену за талию и поцеловал быстрым сочным поцелуем.

– Однако, – сказала Лена, но ничуть не обиделась.

– Ты доставишь меня домой? – спросила Лена часа через полтора. За это время у компании окончательно закончились все напитки. И только магнитофон не уставал, и крутилась катушка, и сменялись мелодии, под которые можно было обниматься, не забираясь в угол. Лена за это время успела познакомиться с Сугробиным так, что он ей казался давнишним знакомым, на какой-то период выпавшим из её жизни, а сейчас объявившимся. Она пожаловалась на свою жизнь, и довела до сведения полное отсутствие поддержки твёрдой мужской руки.

Она и сама не понимала, почему говорила ему слова, которые никому и никогда не говорила. А ему сказала. Он улыбался и целовал в такт каждому её признанию, и ей было приятно.

– В порядке первой поддержки я могу устроить нам медовый месяц, т.е. свадебное путешествие, – ответил Сугробин на её слова. – А там поймём, годимся ли мы друг для друга. Я получил приличную премию и через две недели у меня отпуск.

Подошёл качающийся Лисицкий.

– Сугробин! Ты не отходишь от этой женщины весь вечер.

Когда мы с Мишкой её уговаривали, то не предполагали, что отдадим её тебе. Но если ты хочешь взять её навсегда, то тогда мы возражать не будем. Михаил! Иди сюда. Сугробин забрал нашу женщину. У тебя найдутся перчатки. Пусть одна. Мне не носить, только кинуть в эту образину, – обнял Лёшка Сугробина.

– Не надо перчатки, Лёшенька., – подошёл Курмышов. – Считай, что ты подарил женщину Сугробину. Ты ощути приятность от такого поступка. Ты дарил кому—нибудь женщин? Нет! А сейчас подари.

И ты же помнишь, как он говорил нам, что был боксёром. Ты ему перчатку, а он пинёт тебя в пах и вся медицина Вологды тебя не вылечит. Дари ему женщину, и пойдём выпьем. Я нашёл в шкапчике остаточки.

– Дарю тебе, Сугробин, женщину. Носи. На руках носи, дурачина. – И Лисицкий поковылял за Курмышовым.

– Так ты доставишь меня домой? – повторила вопрос Лена.

– Как я могу бросить подарок. Хотя меня самого впору доставлять.