Стихотворения и поэмы

 –

Он понимал, что говорят вокруг.

    1973

Лабиринт

И звук свирели с нивы непочатой,

Исполнен лепета птенцов,

Слетел с высот – и веки запечатал,

И усмехается в лицо.

Но иллирийцы напрягают луки,

Опутан нитью остров Крит,

И не пойму: то крылья или руки,

И не хочу глаза открыть.

    1973

Роберту Стивенсону

Стучат настойчиво. Дверь отвечает

Таким же стучащим: «Кто?» –

И в чашке качается, вместо чая,

Из книги сухой цветок.

Мой дом встревожен. С обложкой белой

Возилась ключница час.

Все только спали. Все живы, целы,

Зевают окна, лучась.

Узнай себя в этом старом рае,

В негромком особняке,

С погасшим садом душой играя

И с веточкой лет в руке.

    1973

«Спицы лета вертятся быстрей…»

Спицы лета вертятся быстрей,

Но и в них целую гром и шорох –

Мудрый город, круглый год кудрей,

Чёрною росою орошённых.

Окунаешь в пену и смолу

Локон золотеющий, летящий,

Наполняешь полднем лёгкий луг,

Жёлтым соком – жаждущие чащи.

Раствори мне губы в этот час,

И ворота неба, и бутоны:

В голубые гимны облачась,

Седину светил губами трону!

    1973

Н. З.

Ты ли, под ливнем презренья намокший,

Прячущий птицу о нас под плащом,

С неба ниспавший и скоро умолкший, –

Ты ль, как реченье, устам возвращён?

Ты ль изъяснишь нам природу заката,

Ты ль, онемев, повествуешь о днях –

В них полевые крылатые сваты

Песней сестре огласили дубняк?

Жертвенной башней стояла разруха,

Землю заклали, и падала соль –

Соединялись опавшие руки

Смерти и радости в мысли лесной.

    1973

Ирландия

Ты – болот и трясин колонист –

Пренебрёг водопадом гортанным:

Рукавом от чудес заслонись,

Ослеплённый ирландским преданьем –

Как оделись в печаль догола

И тела их оленьи, и лица,

Как из лука выходит стрела,

Будто слово из уст прозорливца,

Как зелёный пронзён средь полей,

Как в огонь увлекает багровый,

Как настигнутый синий олень

Закрывает надмирную кровлю,

О зверье застывающих чащ

Возвещая серебряным горном,

Расстилая светящийся плащ

В дольнем мире – и в Имени горнем.

    1973

Из книги «Кленовый клан»

1974–1976

«Сокрытой гранью глаза зрел я гурий…»

Сокрытой гранью глаза зрел я гурий.

Тот сад – вне мира, ибо в скорлупе

Любая часть захвачена орехом.

И жаркие слова, подобно рекам,

Стекались к ним, когда отшельник пел.