Стихотворения и поэмы

И рубахой духа, лавой

Ветер в мысли сохранится –

На извилистых заглавьях

Богом созданной страницы.

    1972

Exodus

Над умами, полными товара,

Над душой, площадной со стыда,

Городов холмистая тиара,

Непобитый козырь – Амстердам.

И один среди двухсот владельцев

Дыр в холмах и лучших в море мест

Жаждет в небо бурое вглядеться –

И узреть из туч проросший перст.

    1972

Всеобщее

Безмолвно чистит перья пеликан,

Над ним звезда разверзлась крестной раной,

И в пустоте тихоня-океан

Ласкает обездоленные страны.

Волна уходит в ясный плач – с людьми

Страдать ребёнком, девушкой, старухой…

Прости меня, о Небо! Протяни

Сверканьем снов унизанную руку.

    1973

Мадонна Конестабиле

Мой мимолётный разум, не печалься,

Давай водой озёрною вздохнём –

Благоуханный примет в нас участье,

И станет легче с мыслями о нём.

Он пахнет мглой, не связанный делами,

Из книги жизни знает пару строк,

И над большими белыми полями

Летает, огибая корешок,

И карточкой с визитным крапом оспы,

Чернильных птичек одевая в плоть,

Навстречу всем, кто не родился вовсе,

Скользит за просветлённый переплёт.

    1973

Фауст

Тревога хвойных слухов –

Мой мир передвижной –

Толпа незваных звуков

Над замкнутой волной.

Реестром звёзд несметных

Сазан, мой брат хмельной,

Сверкает в бездне смертной

Чешуйчатой спиной.

    1973

Моление о чаше

Ночь содрогнулась приближеньем боли,

Плоды пространства страхом налиты,

Звёзд оскуденье слышимо сквозь голый

И зримый голос пустоты.

Толпой созвездий густо замирая

У входа в суженный зрачок,

Отягощённый свет взывает: «Равви!

Я в этой тьме – один, как светлячок».

    1973

Узнавание

Кого ты встретил,

Кого ты видел возле грушевой горы,

Кто с нами третий,

Кто двери лета затворённые открыл,

Кому все эти

Дубы и клёны многоярусной игры,

Кто чище смерти

Оделся в тогу аистиных сладких крыл?.

    1973

Царственное

К небосводу багрового гнева

Обратился приземистый лик:

За окном собирались деревья,

Я поклоном приветствовал их.

– Что нам делать, стропила вселенной,

Колоколенок птичьих столбы,

Коль в подлунном наследном именье

Мы – клеймённые страхом рабы?

– Препояшемся бранной листвою

И на пилы пойдём напролом,

Если Тёмный воссядет главою

За медовым гудящим столом.