Мне давно хотелось убить

Она говорила на бегу, волнуясь, но в душе радуясь такому повороту дела:

– Я ведь и сама хотела напроситься к тебе… Знаешь, как все это неприятно и страшно… Главное, что и Борис видел этого мужчину, точнее… – Здесь она притормозила как раз напротив Юли и, тяжело дыша, прошептала: – Не мужчину, а именно МУЖИКА! Думаю, что он много старше меня и очень высокий, здоровый, как такие большие обезьяны… И двигался он по квартире уверенно, словно знал расположение комнат… По-видимому, он искал меня, но так и не нашел…

– С чего ты взяла?

– Да ведь я спряталась от него за диван! Я точно знаю, что он вошел в спальню, но, увидев лежащего на кровати Бориса, ничего ему не сделал, не сказал, а пошел дальше… На кухне покурил…

– Пепел оставил?

– Думаю, что он стряхивал его на пол, если за то время, что он был здесь, вообще успел образоваться пепел… Скорее всего он закурил, но сигарета или папироса погасла… Думаю, что это дешевый табак, так пахнет обычно от стариков, которые привыкли курить «Беломор» или что-нибудь в этом роде…

– Поторопись.

Внизу машина, я тебя сейчас отвезу, а сама поеду в агентство, там приехали люди из другого города, боюсь, что не успею услышать самое главное…

– Что-нибудь случилось?

– Конечно. У нас работа такая – у кого-то что-то случается, а мы ищем виноватого…

– Господи, как хорошо, что ты приехала… Борис только что ушел – у него дела.

– А он… кто?

– Художник. Разве я тебе не говорила?

– Не помню… Кажется, нет.

Если бы Жанна могла сейчас прочитать ее мысли, то она бы узнала, что, кроме внешности красавца славянина, Юля ничего не заметила.

Больше того – она бы удивилась той силе самовнушения, которая сделала Юлю почти равнодушной к Борису, хотя при первой встрече он, безусловно, произвел на нее совершенно неизгладимое впечатление.

– А чего это ты улыбаешься? – Улыбка осветила и Жаннино лицо. – Признайся, ведь он понравился тебе?

– Да ты и сама все знаешь… Ну ладно, хватит разговоров. Пора. Разные мелочи – шампунь там, мыло – не бери, у меня этого навалом… Не забудь записную книжку – мало ли что… Деньги прихвати на всякий случай, документы – возможно, придется уехать из города.

– Я и сама понимаю…

– Да, чуть не забыла, прихвати все мамины гроссбухи.

– Не поняла…

– Что же тут непонятного? КНИГИ ее возьми, куда она все записывала. Те, которые остались.

– Зачем?

– Слушайся старших…

В дверь позвонили. И Юля, позабыв о всякой осторожности, открыла, даже не заглянув в глазок.