Жизнь ни за что. Книга первая

В 1924 году, когда умер Ленин, партия объявила ленинский призыв в партию и приняла сотни тысяч рабочих и крестьян, чем частично и восполнила невосполнимую потерю. Сейчас комсомол объявил сталинский призыв, и вы птенцы сталинского призыва. Успехов вам в строительстве коммунизма.

Ребята искренне верили в Сталина и его дело и были согласны с секретарём. Неизвестным чувством каждый понимал, что ушёл из жизни совсем непростой человек. Они не смотрели через розовые стёкла учебников на свою жизнь и жизнь окружающего мира.

Они видели ужасающую бедность деревни, посёлков, своего городка и понимали, что так везде. Сугробин весело смеялся над грустной частушкой:

С неба звёздочка упала прямо мне в калошину!

Три колхозницы плясали за одну картошину…

Но понимал, что стране, в которой сельское хозяйство было выжжено войной от Мурманска до Каспия, а две трети мужиков домой не вернулись с войны, было просто негде взять продовольствие в достатке. Спасение было в том, что население на 80% жило на селе или в частных домиках в городах и рабочих посёлка.

За счёт приусадебных участков и содержанием при себе скотины и птицы и выжило тогда население страны.

Доходили до Лёньки и антисталинские стихи:

Товарищ Сталин, Вы большой учёный.

В языкознанье самый корифей.

А я простой советский заключённый,

Не коммунист и даже не еврей.

То дождь, то снег, то мошкара над нами

А мы в тайге, с утра и до утра.

Вы здесь из искры раздували пламя!

Спасибо Вам! Я греюсь у костра.

Сегодня хоронили двух марксистов.

Тела их крыли алым кумачом.

Один из них был правым уклонистом,

Другой, как оказалось, не причём.

Когда в Кремле в своей партийной кепке

Вы на страну кидаете свой взгляд.

Мы рубим лес по-сталински, а щепки?

А щепки во все стороны летят.[13 - Стихи Алешковского.]

– Ну и что, – сказал Юра Коротков, выслушав стихи. – Очень хорошо написано. Но раз поэт попался, то сам и виноват. Совсем не виноватых не бывает.

Подростки гордились своей страной, победительницей свирепого фашизма.

Каждый бывший фронтовик был для них героем, достойным подражания. И бедность, и трудности их не пугали. Они были патриотами своей страны и верили, что подрастут и построят всё как надо. И песня из патриотического кинофильма о юных нахимовцах, который в новые времена обложили бы ненавистью с «восемнадцати разных сторон»[14 - «Дрянь адмиральская, пан и барон шли в восемнадцати разных сторон» – строчка из песни.] была программной для них.