Назначаю тебя палачом

– Соня, ты где?

Она сказала, что на работе. Я знала, что ей повезло и она каким-то чудесным образом сумела устроиться няней к братьям Бронниковым. Их дом находился совсем близко от нас. Приличные люди, и то, что Соня попала именно к ним, меня успокаивало. Слава богу, что Соня так быстро нашла работу. Скорее всего, сработало сарафанное радио, вероятно, ей подсказал этот вариант кто-то из местных. Хотя она могла и сама, зная о том, что у Бронниковых родился малыш, прийти к ним и предложить свои услуги.

Тем более что опыт у нее был, она в молодости работала няней в одной семье.

– Что случилось, Эмма?

Я не стала рассказывать ей о том, что произошло. Решила сама разобраться. Да и позвонила ей лишь для того, чтобы выяснить, где она. И если это не она здесь была, значит, это я сама пила кофе. Не хотелось, чтобы она заподозрила меня в душевной болезни.

Ради вежливости я спросила ее, как у нее дела, мы поговорили пару минут и распрощались, пожелав друг другу удачи.

Пытаясь вспомнить, запирала ли я вечером дверь на засов, так ничего и не вспомнила. Но привычки такой у меня не было. Обычно я запиралась на современный, сложный замок, блокирующий дверь.

Мысль, что в дом проник посторонний, вызвала оторопь. Пришлось проверять все окна в доме. А их ну очень много. Я входила в комнаты, осматривала окна и испытывала при этом страх. А вдруг окажется, что какое-то окно открыто? Вернее, не заперто? Но нет, все было в полном порядке.

Тогда кто пил кофе?

Ладно. Хватит уже думать об этом. В доме никого не было, я же все проверила! Значит, это я сама пила кофе. А потом просто заснула, забыла об этом.

И вдруг меня охватила паника: Виктор! Только он мог вот так запросто прийти сюда, к себе домой, чтобы забрать что-нибудь, да и выпил кофе. Но как же так? Не мог же он запереться изнутри…

Уф… Как же тяжело, когда ты остаешься один на один со своими мыслями, проблемами, когда живешь, не зная, что тебя ожидает завтра.

И ведь подруг настоящих нет. Все такие стервы, и теперь те, кто бывал у нас дома, знают, возможно, о том, что мы разводимся и что меня собираются выкинуть из собственного дома. Злорадствуют, наверное.

Что, если позвонить Оксане? Как она там? Где? Муж отобрал у нее детей и, так же как и меня, выпроводил из дома. Правда, говорят, что он дал ей денег и она именно поэтому-то и спивается – пропивает все, что получила.