Мамочка из 21-го бокса. Победитель в номинации «Молодая проза России»

Ночью Танькин сын заныл, но она его не услышала, уж больно крепко спала… Зато его услышала моя Варя! И заплакала еще сильнее. Теперь проснулась и Грошева и начала говорить мне о том, что мы, видите ли, громкоголосые, разбудили её сына. Доказывать, что всё случилось наоборот, было бесполезно. Я просто качала Варю и даже не включала свет. Наши соседи по палате уснули, Варюша тоже закрывала глаза. Я стояла спиной к окну, ведущему в коридор, и почувствовала на себе взгляд. Обернулась, и вскрикнула от испуга! Там стояла медсестра и смотрела на меня из темноты.

– С ума что ли сошла?! – покрутила я ей пальцем у виска и добавила. – Что? Заняться больше нечем, как подсматривать?

Она ушла. Я положила ребенка в кроватку и прилегла. Уснула.

Утро было добрым. Лучи солнца играли на моей подушке. А город постепенно оживал. Об этом говорили прохожие, появляющиеся на улицах, и бегущие на работу. Я смотрела в окно. Таньки в боксе не было… Куда же она делась? Не успела я об этом подумать, как дверь отворилась и она, весёлая, забежала в комнату.

– Машка! Нас выписывают! Ур-ра!

– Да? Повезло…

– Так и вас!

– Как нас? Мне вчера сказали, что еще неделю тут лежать надо!

– Ничего не надо! Сейчас народу вон сколько поступило – размещать негде. А мы с тобой только место занимаем.

– Так когда выписывают-то? Сейчас что ли?

– Нет, завтра с утра мы можем быть свободны. Слушай, мне надо за одним документом отлучиться, ты не посмотришь за моим Яриком?

– Да, конечно, посмотрю! Езжай.

Танька быстро оделась и смылась. Я осталась с двумя маленькими детьми. Им еще и месяца не было. Обоим по 21 дню.

Ярослав заплакал. Я подошла к его люльке и стала ее катать. Хорошо, что она на колесиках… Ребенок не успокаивался и начал заливаться. Я взяла его на руки, сунула в маленький ротик соску – замолчал. Проснулась Варя и тоже начала голосить. Танькин сын снова заплакал. Вой с обеих сторон мне изрядно надоел. Я положила мальчика в его люльку, а Варю взяла на руки. Ногой катала кроватку на колесиках, в руках держала свою дочь и бесконечное «ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш» уносилось под потолок.

Послышался звук перфоратора. О-о, нет! Этого я не перенесу. На нижнем этаже шел ремонт. Черт! Как же мне повезло! Не обращая на тяжёлый звук внимания, дети продолжали спать. Я прилегла на свою кроватку и взяла в руки мобильный. Пятнадцать «пропущенных»! Мама, муж, сеструха, Юлька – все звонили по нескольку раз. Я набрала маму.