Различные миры моей души. Том 1. Сборник повестей

Как истинная римлянка, она сама могла защитить и себя, и кого угодно. Но сейчас она в нерешительности остановилась в дверях.

– Пилат, ты занят? – с непривычной для себя робостью спросила она.

– Не особенно. Что ты хотела?

– Не убивай его, Пилат. Я прошу тебя. Он никому не сделал зла. Не убивай его.

Пилат посмотрел на жену.

– Ему дадут максимум плетей и выкинут из города, – раздельно сказал он, внимательно глядя на жену.

– Максимум! – в ужасе Клавдия прикрыла руками щёки. – По их законам, значит, тридцать девять.

Всё равно, это очень много. Ты ничего не знаешь, – после паузы сказала она. – Выйди на улицу. Они хотят, чтобы он умер.

– Кто хочет?

– Все, люди. Они кричат, ругаются, дерутся, но все хотят, чтобы он умер.

– Но почему?

– Он называл себя Иудейским царём и обещал хорошую жизнь. Но Иудея всё ещё под властью Рима, Ирод на троне, а жизнь лучше не становится. Они обмануты. Они хотят распять его.

– Распять? Распинают рабов и разбойников. Это слишком жестоко для простого обманщика.

– Но слишком мало для посягнувшего на их бога.

– Откуда ты это знаешь?

– Моя служанка иудейка. Она говорит, что всё это внушают шпионы Каиафы.

– И не без успеха. Если так пойдёт дальше…

– Не убивай его! – теперь Клавдия была больше похожа на обычную женщину – слабую, молящую, нуждавшуюся в защитнике.

– Почему ты его так защищаешь? – Пилат резко повернулся к ней. Свободный римлянин, он ничего не имел против любовников или любовниц жены, или и тех и других вместе.

Но тут его что-то задело. Сама мысль о том, что его жена и Иисус могли быть любовниками, была ему неприятна. И это удивило его. – Ты с ним?..

– О нет, – Клавдия села на скамью, нервно сжимая и разжимая руки. – Как ты мог подумать? Он сын Бога, он не для этого послан на землю. Он самый чистый и невинный человек. Сплетни о его женитьбе на Марии Магдале, несчастной дочери богатого купца-священника, проданной в Египет и дослужившейся до главной посвящённой жрицы храма Исиды – это просто выдумки Каиафы, чтобы его опорочить.

Она была так талантливо преподнесена, что даже некоторые ученики Иисуса в неё поверили.

– Ученики? У него есть ученики?

– Да. Он был с ними в ночь Пейсах, когда его арестовали.

– И что же они не заступились за него?

– Заступились. Симон Пётр, Кифа, как они его называют, даже отсёк стражнику ухо мечом. Но Иисус сказал, чтобы они не вмешивались.

– Отсёк? Мечом? – Казалось, Пилат был поражён.