Различные миры моей души. Том 1. Сборник повестей

Насколько я могла судить, он был худощав и невысок ростом. Хотя, в последнем я не уверена: трудно угадать рост, когда человек сидит. За его креслом на стуле с прямой спинкой сидела женщина и вязала. При нашем приходе она встала, и я увидела внушительную и монументальную фигуру крестьянки, которой, наверно, миссис Стоун была по сути. Её крупные руки ловко управлялись со спицами, а суровое и непреклонное выражение лица говорило об упрямстве характера. И в центре всего этого находился молодой человек крепкого телосложения, приятной, но простоватой наружности с короткими каштановыми волосами.

Он что-то вдохновенно рассказывал брату и его кормилице, что явно не вызывало у них восторга, а на лице мистера Френсиса было написано откровенное недовольство. Открытая дверь, как будто, пробудила в нём надежду на избавление от неинтересного ему рассказа. Но, увидев своего отца вместе со мной, он снова замкнулся, не произнеся ни слова.

– Стивен, – ласково сказал сэр Томас сыну, прерванному на полуслове.

 – Разреши и другим вставить слово.

Вдохновенный рассказчик порывисто повернулся к отцу. На его лице попеременно сменялись выражения обиды, радости и любопытства. Для физиономиста это лицо было бы находкой: на нём отражались все мысли и чувства. Я перевела взгляд на его брата. Его лицо ничего не выражало. Миссис Стоун подошла к его креслу и вцепилась в спинку, гордо вскинув голову и неприязненно глядя на меня. Не надо быть умником, чтобы понять, что во мне она видит угрозу своему авторитету и положению в доме, но без боя не сдаст свои позиции.

– Стивен, Френсис, – начал сэр Томас. – Миссис Стоун, – добавил он. – Разрешите представить вам мисс Ненси Рест. Какое-то время она погостит у нас.

– В качестве кого? – подал голос мистер Френсис. Его вопрос несколько смутил сэра Томаса.

– Откровенно говоря, – начал он, – я не ожидал от тебя такой прямоты. Это, скорее, в стиле Стивена. Насколько я помню, ты предпочитаешь таиться и действовать втихомолку.

– Ты не ответил на вопрос, папа, – безжалостно сказал мистер Френсис.

– Я ваша сиделка, мистер Френсис, – сказала я. Прямой вопрос требует прямого ответа. Мне самой не по душе недомолвки и околичности. А словесная шелуха просто заставляет терять время и уводит от сути. – Правда, ваш отец надеется, что мы подружимся. «В чём я не уверена», – добавила я про себя.

– Сиделка, значит. – Он внимательно оглядел меня с ног до головы, остановившись на моём лице.