Нирвана с привкусом яда

Марина поспешно оделась и, начиная с этого момента, ничего уже не помнила… Пришла в себя лишь в кабинете следователя, спустя три часа. Он взял из ее рук коричневый конверт, прочел записку и кивнул головой с видом человека, только что получившего подтверждение своей правоты.

– Дело закрыто, гражданка Шелестова, факт изнасилования не подтвержден. Экспертиза показала, что вас, как бы это помягче выразиться, не тронули… Возможно, применили в отношении вас развратные действия, но доказать это невозможно… Поэтому… – Он достал из ящика стола ее заявление и порвал прямо на ее глазах.

На следующий день, проходя по коридору музыкального училища, она вдруг остановилась, волосы на ее голове зашевелились: за стеной, в одном из классов звучала чудесная джазовая импровизация…

Глава 8

Саратов, июль 2005 г.

Женя устроила встречу Аллы с Ларисой Вундер и ее сестрой Лизой в китайском ресторане «Мандарин». Лариса, прима драмтеатра, молодая ухоженная женщина, вся в красном, яркая роковая блондинка с голубыми глазами и бледным лицом, подбородок которого портили затертые жидкой пудрой прыщики, готовилась сыграть свою очередную роль – она вошла в ресторан царственной походкой, забыв, вероятно, что на этот раз главная роль все же отводилась ее родной сестре, Лизе – худенькой и еще более бледной блондинке в белых джинсах и синей спортивной майке.

– Примите наши соболезнования, – начала Лариса, усаживаясь за столик напротив одетой в темное платье Аллы и по-свойски улыбаясь своей коллеге Жене.

– Спасибо. – Алла даже привстала, чтобы за руку, почти по-мужски, поздороваться с примой.

– А это Лиза, – несколько обиженно проговорила Лариса, представляя свою тень, свою копию – сестру.

– Спасибо, что пришли, я понимаю, что у вас плотный график… – Алла немного нервничала, потому что с каждым часом, с каждым днем пребывания в Саратове все больше и больше чувствовала бесполезность своего приезда.