Когда остановится сердце

Но страх, что в доме, может, кто-то еще и остался (или где-то поблизости находится еще один труп – приятеля Светланы, Романа Ваганова, он был четвертым, кто сел за стол), подталкивал ее к двери – вон, вон отсюда, и как можно скорее!

Между тем ее пальцы продолжали сжимать нож. Она не может оставить его здесь. Даже если она его и вымоет, не факт, что вода смоет ее отпечатки (она имела самое смутное представление об экспертизах). Его надо спрятать. Надежно. Вот только где? В любую минуту здесь может появиться милиция.

Соседи могли услышать крики… Хотя какие соседи, когда дом примыкает к лесу с одной стороны и к реке – с другой. Очень автономный, тихий дом у реки. Ближайший дом, такой же одинокий, напоминающий дворец, стоит в километре отсюда. В лесу. Если она выйдет сейчас из дома и в этот момент к дому подъедет милиция, то ее, всю окровавленную, схватят, поначалу не разобравшись, что она жертва (или, на худой случай, свидетель), и обнаружат при ней нож… В сущности, это будет означать приговор.

И что теперь делать? Бросить нож в кусты?

Босая (одну туфлю она решила оставить там, где она их обнаружила – возле трупов, пусть все думают, что ее мертвое тело без обуви вывезли отсюда и закопали где-нибудь в лесу, вторую, залитую собственной кровью, предполагала оставить в машине), она, едва передвигая ослабевшими ногами, выбралась из гостиной (минуя дверь в ванную, куда она так и не рискнула войти из страха наткнуться на труп Романа, который, по ее мнению, мог быть где-то в доме), вошла в просторный холл, выложенный золотистыми плитками и играющий красно-зелено-розовыми бликами потолочных витражей, добрела до входной двери, открыла ее с трудом (она была тяжелая, сверху лакированное дерево, внутри – металл), и тотчас в лицо пахнуло свежестью, лесом, запахами травы и реки.

Еще недавно они со Светланой наслаждались этими ароматами… Собирали поблизости от дома землянику, заваривали чай с земляничными листьями.

С чувством, напоминающим радость (если в этом кошмаре вообще уместно это определение), она увидела свой «Мерседес».

Перед тем как сесть в машину, она углубилась в лес, прошла всего несколько шагов, остановилась возле гигантской ели и, сколько было силы, вонзила бандитский страшный нож, вытертый сухим краем юбки, прямо в ствол, собрала с земли хвойные ветки и прикрыла его, как могла, ими. Подумала, что, если станут искать орудие убийства, то наверняка будут смотреть под ноги, на землю. Если вообще решат, что нож где-то здесь.