Без вести пропавший

Возьми на заметку… Понял… До встречи!

13 ДЕКАБРЯ. ПОНЕДЕЛЬНИК. 18. 30.

Фомин, осторожно приоткрыв дверь, спросил:

– Разрешите, господин полковник?

– Не придуривайся, входи, Сашок.

– Что за фамильярность у господина полковника со старшим оперуполномоченным УгРо, а? – ухмыляясь во всю ширь скуластого лица, произнес Фомин, переступая порог кабинета заместителя начальника главного управления внутренних дел области.

Чайковский внимательно посмотрел на того и невольно также заулыбался.

– Ты, гляжу, и к концу дня не растерял оптимизма и по-прежнему пребываешь в отличном настроении.

– С этим настроением и домой убуду, если господин полковник его мне не подпортит, – отреагировал Фомин, усаживаясь на стул, одиноко стоящий у окна.

– Не далеко? – спросил Чайковский.

– То есть? Что значит «не далеко»?

– Не слишком далеко устроился: я здесь, за столом, а ты там, у окна? Как считаешь?

– Дальше – лучше, безопаснее: чуть что – в окно сигану.

– Боишься?

– Еще бы! Начальство… С ним так: или дистанция безмерная, или любовь неоглядная.

Насчет любви: избави пуще всех печалей – и барский гнев, и барскую любовь.

– Ну, пошло-поехало. Теперь не остановишь. Просто беда, когда сыщик такой вот…

– Это какой?

– Начитанный.

– Новость. Никогда бы не подумал, что лучший сыщик – тупой сыщик… Ну, да, ладно… Зачем вызвал?

– А ты как считаешь?

– Ну, думаю, «стружку» снимать будешь.

– За что?

– Мало ли… На то и начальство, чтобы причины находить для «обработки» таких болванов, как я.

Может, «телега»…

– Что, уже успел что-то натворить?

– Ты меня, Павел Павлович, знаешь: еще тот «чэпэшник».

– Не молод. Мог бы и остепениться.

– Стараюсь, очень стараюсь, а не получается.

– Могу успокоить: на сей раз нет никакой «телеги». Скорее всего, не успели еще накатить…

– Уже – благо.

– Только что мне звонил прокурор Тушин…

– Ну, вот… Что я говорил?!

– Не спеши с выводами. Так вот… Он сказал, что нуждается в тебе…

– Тушин?! Во мне?! Не может быть!

– Может, Сашок, может.

Впрочем, нужно уточнить: не совсем Тушин нуждается в тебе, а Алексеев.

– Это другое дело. А что Алексеев?

– Как я понял, областная прокуратура приняла к своему производству возбужденное уголовное дело в Нижнем Тагиле.

– Что-то серьезное? – заинтересовавшись, спросил Фомин.

– На первый взгляд, нет: бесследно исчез подросток.

– Давно?

– По словам Тушина, девятого октября.