Под прикрытием Пенелопы

Она-то счастлива, а ты – уже разочарован… Ты уже забыл, что такое счастье».

Заметим от себя: не Бог весть, какое наблюдение. Уж не кокетство ли это перед самим собой?

3.

Миронов решил, наконец, с кем ему расслабиться, и завернул в организацию – к Волохе.

Хотя с Волохой – это всегда риск. Потому как с ним всякий-то раз Ейей попадал если не в историю, то в анекдот точно.

Кое-что он уже разместил в своём «Пособии…»:

«С моим приятелем В. я вечно попадаю в истории… Так что даже стал при встрече с ним мысленно, а то и вслух проговаривать: «Фирма веников не вяжет!» – как бы вместо заклинания: чур меня, чур тебя.

Пример? Пожалуйста. Вот давеча…

Что-то он тащил в обеих руках – какие-то тяжеленные пакеты – и вдобавок под мышкой зонт с этакой массивной ручкой-закорючкой, который у него то и дело выскакивал да ещё открыться норовил. Предлагаю: давай помогу. Да ладно, говорит, не тяжело. Ты зонтик лучше возьми. Ну, я взял да и сунул в целлофановый пакет-сумку.

У метро расстались. А ближе к эскалатору меня тормозят:

– Пр-рашу в-вас пройти с-со мной.

Я особо никогда и не взбрыкивал, когда ко мне власти обращаются да ещё так вежливо. Даже если и в облике малорослого сержанта. И даже если у самого турникета, через который можно, в сущности, перемахнуть да и дёру дать. Лишь подумал: интере-есно. Мульён раз в любом виде – в смысле, при любом градусе – хаживал в это метро и ничего, сходило. А тут нате вам – просим любезно.

Сержант ввёл меня в небольшое помещеньице, и там, под прикрытием другого – более крупного милиционера – принялся обыскивать.

– Это ч-что? – спросил он, осторожно так переворачивая в ладонях мою целлофановую сумку, накрученную на зонт. – Эт-то зонт? – и сразу, знаете, заметно расслабился и потерял некий, что ли, интерес. И заикаться, кстати, перестал.

– Зонтик, зонтик, – говорю, – конечно, – и про себя уже прибавляю: «Ну не автомат же». И тут же меня осеняет: «Во-от оно чего!»: За террориста приняли.

Ну не смешно? А сержант между тем покрылся канапушками (кровь, видимо, вернулась в прежнее русло) и молвит: ну ладно, посиди пока – отдохни уж маленько, коль взяли тебя под белы руки… на всякий случай. Что-то, мол, брагой попахивает от тебя, браток. Приди в себя мал-мал. И на всякий случай я у них там за решёточкой провёл час – не меньше, пока они с другими «террористами» разбирались, в основном тоже поддатыми недотёпами.