Княгиня

Фамильные драгоценности, что она успела прихватить с собой, когда бежала из родного поместья, таяли как снег весной. И она понимала, что просто необходимо подыскивать себе работу, иначе семье не прожить. Живя в Варшаве, Александра начала писать письма всем родственникам своим и мужа в Москву, Смоленск, Париж, разыскивая своего Гавриила. Она не жаловалась на свою теперешнюю жизнь, считая, что она с детьми еще хорошо устроилась, у других и этого нет. Многие княжеские и графские поместья были разорены в 1905 году, а их хозяева бежали в Европу.

Особенно много эмигрантов из России в те годы было в Париже. Родная сестра Александры Нина Милославская еще до восстании с мужем своим, троюродным братом Аркадием Милославским уехала в Париж, да так там и остались. Так как замужем Нина была за своим кузеном, фамилию ей менять не пришлось. Она первая откликнулась на письмо сестры и пригласила их к себе в Париж.

Александра понимала, что никто не в состоянии прокормить ее огромную семью, когда все поместья в России разорены, и доходы получать неоткуда.

И Нина так же жила в Париже за счет поместий в России. Конечно, их положение сейчас куда более выгодное, чем у нее. Но это приглашение Александра решила оставить на самый крайний случай.

Известий от мужа не было. И никто не знал, где он. Но сердце Александре подсказывало, что ее Гавриил жив, и что рано на нем ставить крест. Написала Княгиня письмо и в свой родной город Глафире, но ответа не дождалась. Поняла, что будь Глафира жива, обязательно написала бы.

Княгиня каждое воскресенье водила детей в Православную церковь. Вся подтянутая, красивая, с темными волосами, уложенными в пучок на затылке, всегда в темном платье, она скорее была похожа на гувернантку своих детей, чем на мать-княгиню.

Дети уже свободно общались с другими детьми на польском языке, но Александре не хотелось коверкать чужой язык и выглядеть смешной в глазах поляков и она больше предпочитала молчать или говорить по-русски. Ее понимали. Однажды в церкви она заметила девочку лет семи, бледную, истощенную, еле державшуюся на ногах рядом с очень хорошо одетым господином и дамой лет 35.

Девочка кашляла и задыхалась. Александра сразу поняла, что у девочки удушье – астма. И что она бы смогла ей помочь.

Иначе ребенок умрет. Но как подойти к незнакомым людям и предложить свои услуги?

Позволить себе такое княгиня не могла. Выходя из Церкви, Александра спросила у служки, кто эти люди, с такой больной девочкой.