Париж на час

И как его убили? Застрелили, что ли?

Она бросила на него какой-то странный, почти недоверчивый взгляд, словно все еще сомневаясь в том, что ей сказали правду.

– Нет, ему нанесли несколько ударов ножом.

– Какой ужас… И что с машиной? Он недавно купил машину, там сиденья кожаные, кремовые… Думаю, теперь не отмыть, – как-то слишком уж серьезно произнесла она.

– С чего вы взяли, что его убили в машине?

– Я? Я не знаю… – быстро ответила она. – Просто представила себе… Он же отправился на работу на машине, вот я и подумала…

Вот теперь ему предстоит озвучить адрес, где был найден труп ее мужа.

– Руставели? Да?! – Брови ее тонкие, изогнутые, взлетели вверх. – Там? Ну надо же! Как неожиданно… И что же он там делал?

– Вам знаком этот адрес? – Он повторил номер дома и квартиры.

– Да нет… Не знаю… – И вот тут она густо покраснела. И было от чего. Просматривая записи видеокамер, установленных на стене дома со стороны парадного подъезда, сделаные в течение последней недели, Седов увидел женщину, удивительным образом похожую на Ларису.

Сначала, когда помощник принес ему флешку с записями, он хотел отложить просмотр на потом, поскольку первым делом надо было навестить вдову Вершинина. Однако какое-то внутреннее чувство подтолкнуло его к тому, чтобы воспользоваться флешкой без промедления. Он именно просматривал ее, а не изучал. И просматривал мельком.

Кого он надеялся там увидеть? И самого Вершинина, и всех тех, кто входил в дом с утра и до предполагаемого момента убийства. Среди них вполне мог быть убийца.

Но в основном, конечно, в утренние часы дом покидали – жильцы отправлялись на работу. В 10.48 в подъезд вошел сам Михаил Вершинин, в 11.52 женщина преклонного возраста в сумкой-тележкой и в 11.58 – дама, приехавшая на красно-белом «Ситроене». Валерий Седов решил заглянуть в папку с видеозаписями предыдущего дня. Тогда-то и заметил женщину, похожую, как сейчас выяснилось, на Ларису Вершинину. Хотя он мог и ошибиться. Надо бы еще раз взглянуть, увеличить кадр…

– Лариса, я понимаю ваше состояние, но мне надо задать вам несколько вопросов.

– Задавайте, – она вся подобралась, напряглась и теперь смотрела на него с болью во взгляде.

– Вы не знаете, кто и за что мог убить вашего мужа?

– Нет. Понимаете… Миша… Не могу сказать, что он был человеком простым… Я бы даже сказала, что он был конфликтным и сложным. Но, говоря об этом, я имею в виду его профессиональную деятельность. Он был строг на работе, понимаете? Со своим персоналом.