Струна

Чем выше поднимается

Душа день ото дня,

Тем Бог все отдаляется

Быстрее от меня.

Он верил в Бога

Он верил в Бога. Чист и прост,

Он говорил о нем понятно,

Как будто это ягод горсть

Или рассвета говор внятный.

Он говорил и убеждал,

И весь пылал в благоговении.

И Бог его к себе прибрал

В одно из летних воскресений.

Над гробом голосила мать,

Хрипя от боли безысходной.

Сшептались бабки, чтоб сказать:

«Не плачь. Так Господу угодно».

Она взметнулась и в тоске

И в плаче что-то проронила.

Гремел состав невдалеке,

И жизнь по-прежнему бурлила.

И подошли его поднять

Немногословные мужчины.

Тянулись к церкви отпевать

Его процессиею длиной.

Отец-священник сам отпел,

И вкруг все в лоб поцеловали.

И на кладбищенский предел

Его с иконой провожали.

И летний день во всю звенел,

Не восприимчивый к печали,

И мир бестрепетно смотрел,

Как гроб землею засыпали.

Мы вдвоём

Сулил мне множество чудес,

Мой путь земной,

И всё манил, и обманул,

Но ты со мной.

От жизни я искал дары,

Обрёл лишь зной,

В полдневном солнечном краю,

Но ты со мной.

Молитву в слово я облёк,

Тревожным днём,

Мне хорошо, что мы в пути

Всегда вдвоём.

И вечер не заставил ждать,

В движении том,

Ни бриллиантов, ни дворца,

Но мы вдвоём.

К закату клонится Судьба,

Но мы идём,

И неизвестность впереди,

Но мы вдвоём.

Любовь имела продолженье…

Любовь имела продолженье,

И потрясенный видел я:

Из прежних светлых проявлений

Рождалась склока бытия.

Но, уходя от потрясений,

Душа, воспрянувшая вновь,

Искала новых поклонений,

Искала новую любовь.

И на границе перехода

Себя не в силах обмануть.

Она, в предчувствии исхода,

Уже испытывала грусть.

И в этом мире преходящем

Всегда улавливала весть

О том, что в жизни настоящей

Сокрыта завтрашняя смерть.

И все же в пламенном стремленье

Всегда идти куда-то вновь

Она искала поклонений,

Искала новую любовь.

Душа хотела прозревать…

Душа хотела прозревать,

Но не умела.

И приходили объяснять

Так неумело.

И был неловок жизни ход,

И речи бледны,

Усугубляя дней полет,

Уже над бездной.

И ты ступила за порог.

Не ожидал я.

Ты целовала в тихий лоб.

И все молчала.

Как бледный с розы лепесток:

Светло и нежно,

Так мир младенцем возле ног

Прилег прилежно.