Первая жена Иуды

Слишком уж хорошо все складывалось в последние месяцы. И Виктор Сергеевич был им доволен. Вот и получалось, что поступить иначе Дима не мог. Этой женщине уже все равно невозможно было помочь, и ей было совершенно все равно, где лежать. Надо было думать о живых – о Марине, о Кирюше. В сущности, что такого особенного он совершил? Какое преступление? Просто вывез труп из ресторана. На это тоже были свои, и весьма серьезные, причины. Единственно, кому он сделал плохо, это тем людям, которым будет поручено найти убийцу этой женщины.

Одно дело, когда тело обнаруживают на месте совершения преступления, где есть возможность найти отпечатки пальцев и прочие следы убийцы, кроме того, могли бы найтись и свидетели, которые видели, скажем, человека, подсыпавшего яд в чашку с кофе этой рыжеволосой женщины. Но в ресторане практически никого не было. Дима думал о том, что он смог бы сделать, чтобы женщину нашли как можно быстрее, пока она не разложилась… Позвонить и сказать. Это он может. Без проблем. Что еще? Он мог бы отправить в милицию чашки из-под кофе со следами пальцев и погибшей, и убийцы… Но чашки-то не простые, на каждой золотом выведено название ресторана «Коломба». Значит, с чашками ничего не выйдет. Да и вообще, какие чашки, когда Виктор Сергеевич уже наверняка позаботился о том, чтобы они были вымыты. За столиком сейчас, возможно, сидят другие посетители – живые и здоровые, и уминают за милую душу утку с черносливом или борщ. И им нет никакого дела до того, кто сидел за этим столиком до них, что ел, что пил. Жизнь идет вперед, все движется, перемещается в пространстве, и к этому движению следует относиться философски. То есть выбросить все из головы и даже не звонить в милицию, чтобы сказать о трупе. Его все равно обнаружат. Трупы, как правило, если они не зарыты, находят быстро. Значит, забыть? И Марине он тоже ничего не скажет. Зачем ее пугать этой мертвой посетительницей? У нее и так полно забот. В кухне идет ремонт, и она должна не только контролировать работу мастеров, но и нянчиться с шестимесячным Кирюшей, готовить обед, стирать… Нет, он никому и ничего не скажет. Ничего не было. И в ресторан никто не приходил – ни жертва, ни убийца. К тому же это всего лишь его собственные домыслы. Женщина могла скончаться от сердечного приступа. И с чего он взял, что ее отравили?

И вдруг его бросило в пот.