Любовь и жизнь

И как нам быть с теми извергами? Заявлять ли в милицию?

– Ой, не знаю. Раз они способны на это, значит, и худшее могут сотворить. Наверно, лучше ничего больше не предпринимать. Время сейчас такое, что нет никакой управы на подонков.

– Вы правы, Аля. Слава Богу, что дети живы.

Глава 13

Остаток воскресного дня Аля провела с тётей Шурой. Съездили вдвоём на кладбище, навели порядок возле могил, положили цветы. А затем дома за чаем всплакнули, вспоминая счастливые дни, когда все были живы.

– Алечка! У меня винцо есть «Кагор» – церковное.

Я сейчас принесу бутылочку и помянём всех, как полагается.

Выпили, молча, думая каждый о своём, а затем Аля спросила осторожно, чтоб не напугать старую женщину:

– Тёть Шур, а кто в последнее время приходил в нашу квартиру к Оле?

– А я, деточка, глуховатая стала, так что, когда наткнусь на кого, выходя в магазин, того и вижу. А так стараюсь никому не открывать. Это я тебя в глазок узнала, вот и впустила в квартиру. Жизнь для стариков сейчас тяжёлая.

Убивают, грабят, по телевизору про это много показывают, так что я ни с кем не общаюсь. Живу затворницей. Вот с тобой хоть душу отведу. А то всё время одна и одна.

– Так, значит, никого не видели?

– Видела пару раз каких-то молодых людей. Но я подумала, что они приятели Оли. А перед твоим приездом за два дня в глазок видела Олю и троих парней. Пошумели, а потом всё стихло. Ну, думаю, молодёжь гуляет. Если б знала, что с Оленькой беда, я бы зашла.

– А может и лучше, что не обратили внимание.

На следующий день Аля позвонила во Владивосток Андрею и на работу с просьбой предоставить неделю в счёт отпуска и отправилась в больницу.

– Оленька, ты сегодня совсем молодец. И щёчки порозовели и глазки сияющие, – обняла и нежно поцеловала Аля племянницу.

– Да, тётя Аля, мне сегодня гораздо лучше. Рома только что был у меня. Ему тоже уже хорошо. Он хочет домой.

– Ну и славненько, Оленька, я тоже хочу забрать тебя с собой во Владивосток. Я боюсь оставлять тебя здесь одну.

– Тёть Аль, я ведь не одна. И Рома всегда рядом, и его семья помогает мне.

– Я понимаю, дорогая, но лучше сейчас уехать со мной. Неизвестно, как поведут себя люди, которые сделали с вами такое. Ты ведь их знаешь?

– Один из охраны, а другого я там в первый раз видела.

– Вот видишь, они, естественно, выполняли чей-то приказ. Но лучше пусть всё успокоится и забудется. Во Владивостоке ты подлечишься и полностью придёшь в себя. Так будет лучше для всех.