Между небом и гаражами

Так что не стоит упрекать в этом женщин.

Я старался быть максимально обтекаемым и перестал материться.

– Знаешь, я думал об этом, – спокойно, но все еще хмурясь, заговорил Листерд, – понимаешь, Арсен, блядство у мужчин часто путают с одной характерной чертой, с очень интересным явлением.

Отлично, он не обиделся. Это просто его задумчивое выражение лица. Я расслабился и приготовился слушать. Кажется, ему захотелось поделиться со мной мыслями.

– Под блядством мы понимаем безразборчивую связь, где главное – физическое удовольствие.

– Так.

– Это относится и к мужчинам, и тем более к женщинам. Так?

– Ну да.

– Мужики все время хотят новую и не могут сделать выбор. Идут на поводу у своего тела. Это есть блядство. Да?

– Да, – я начал поддакивать автоматически, ведь ничего нового.

– Вот. Я это не уважаю.

– Да ну? А по тебе и не скажешь!

Листерд расправил плечи и цыкнул.

Чертов ром до добра не доведет. Надо помалкивать.

– Не-е, я это не поощряю. Это низко.

– Так-так, и кто же это, по-твоему?

– Путешественники.

– Кто, простите? – я аж поперхнулся.

– Путешественники! Они видят в женщине новую планету, остров со своей историей и рельефом. Для них каждая женщина – это новое открытие. Такие люди познают женщину и все, из чего она состоит.

– Было бы что познавать… – съехидничал я и заказал еще пиратского пойла.

– А знаешь, зря ты так! – опять нахмурился здоровяк. – Познавать есть что и очень даже много чего. Возьмем, к примеру, отношения с родителями. Они же сильно влияют на женщин! Знаешь, как интересно понять, почему они именно такие, как складывались и что влияло на них?

– Очень интересно, а что еще?

Листерд посмотрел на меня внимательно, проверил, не подтруниваю ли я над ним. Но мне было действительно интересно. Он улыбнулся и протянул бокал – чокнуться.

Выпили, и он продолжил.

– Да много чего. Страхи, желания, цели и амбиции – не у всех они одинаковые. У многих свой особый набор. А еще знаешь, что меня поражает: различное представление о добре и зле. Вроде у всех оно должно быть одинаковым. А копнешь – и оказывается, что разное! Еще у многих женщин разное понимание того, как надо жизнь прожить. Да, я тебе точно говорю.

Я слушал, не спорил. Хотелось, чтобы великан рассказал все, что знает.