Между небом и гаражами

Нет, это жизнь, – продолжал бредить мужчина, – именно она заставляет тебя верить, что если уж и стоит плавать, то в самых глубоких водах, и уж если и стоит нырять в пучину, то только с самого высокого утеса. Желание окунуться в самое нутро океана, не тратя время на прибрежные воды…»

Паоло замолчал, теперь его глаза были широко раскрыты и смотрели вдаль. Куда-то поверх луны и неба. Свет звезд озарял лицо рыбака, будто свеча икону. Глаза Паоло не скрывали боли. Но не острие гарпуна было тому виной. Ни один клинок в мире не смог бы нанести рану страшнее той, что терзает изнутри.

«Затем ты взрослеешь, набираешься сил и ныряешь. Стремительно плывешь, и у тебя все получается, и вот уже исчез с горизонта берег, и меньше чаек летает над головой. Нет уже и других пловцов. И ты думаешь, что все у тебя получится, что ты выбрал правильный путь. Ты ныряешь глубже и глубже, в надежде окунуться в такие глубины, где еще никто не бывал, и ты веришь, что в них тебе откроется тайна океана», – после этих слов Паоло замолчал.

Взглядом указал мне на бутылку с остатками вина. Промочив горло, продолжил неспешно, но чуть громче. Он говорил ровно, и казалось, что рана совсем не мешает ему.

«Но вдруг в один момент что-то ломается. Что-то происходит. Неуловимое. Ни взгляду, ни сердцу. Что-то меняется. Непонятно, случилось это только что или давно. Но ты замечаешь, что воды в твоем океане по колено. Так мало, что ты можешь просто стоять на дне и вода будет омывать тебе ноги. Мутная и горячая. Куда исчез океан?! Таинственный, пугающий! Настоящий! И откуда, черт побери, эта лужа?! Я вас спрашиваю!» – закричал Паоло, обращаясь ко мне и женщинам.

Мы вздрогнули и замерли. Несчастный посмотрел мне в глаза: казалось, что он был слеп, потому что смотрел не на меня, а куда-то сквозь меня. Не уверен, видел ли он вообще мое лицо.

Не дождавшись ответа, рыбак продолжил: «Я добрался до самого дна океана, понимаешь?! До его сущности, как мечтал. Но мою голову напекает солнце. Ноги в океане, а голова упирается в небо.

И ветра больше нет! Где мой океан!? – Паоло уже просто хрипел, как обезумевший. – Где моя бездна?! Где мой ветер? Как я мог потерять целый океан?! Бескрайний, бездонный, со штормами, волнами, величиной с дом». На этих словах рыбак начал говорить тише. Было видно, что кричать у него не было больше сил. Он снова повалился на спину и продолжил почти шепотом, иногда вздрагивая, как в лихорадке: «Куда он делся? Обмелел?»

Под конец мужчина говорил еле слышно.